...

«Дьявол» пробуждался.
Именно так жители Денена обозвали нарастающую силу стихии. Дождь перерос в настоящий ливень, сопровождаемый яркими отблесками молний. Начиналась гроза. Кажется, что от грохота сотрясались окрестные горы. Так просыпался «Дьявол» после долгого десятилетнего сна. В громовых раскатах людям чудился его голос, предупреждающий о своём приближении.
Часы давно перевалили за полночь, а Билл Каулитц так и не засыпал. Его не страшила разгулявшаяся стихия, что сотрясала стены непрочного жилища. Второй этаж над пабом буквально ходил ходуном. При каждом раскате грома, комната тяжко стонала, дребезжала, деревянные ставни хлопали по наружной стене дома.
Билл стоял у окна, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Исходящая от него прохлада приятно разливалась по горячему телу. Однако для Билла этого было мало. Образ Адель – русоволосой девушки – не покидал его головы. А какие глаза с любопытством рассматривали его! Ярко-голубые, искристые – они буквально притягивали к себе. Такие глаза Каулитц встречал в своей 22-х летней жизни всего один раз. Карий блеск по-прежнему не остывал, воспоминания о котором щемили сердце.
Билл сжал кулаки так, что острые ноготки впились в ладони. Дыхание участилось, стало тяжёлым и прерывистым. Адель находилась всего лишь в полуметре от него, в соседнем номере. Их разделяли старые срубы дома.
«Один шаг, в комнате темно, прекрасный момент для…Нет!» - Билл взмахнул чёрной головой, отбрасывая страстные мысли за пределы своей головы.
Им не стоило встречаться там, в пабе. Ему вообще не стоило заваливаться в битком наполненный «Полуночник». Слишком много тёплых тел – слишком большая вероятность срыва.
«Нет, Каулитц! Сдерживай себя!»
Билл накинул на плечи дождевик. В этой комнате очень душно, вот мысли и путаются. Он захлопнул за собой дверь и тихо покинул тёплое помещение гостиницы.

Варианты ответов: