...

«Им хорошо! А мне? Вон ребёнок идет и радуется, что родители рядом, а я? Вика, Вика…» - покачала я головой, - «ты слишком эгоистична. Нельзя себя так вести. Все равно приласкать и утешить некому. Даже не надейся на забывчивую старуху…» - черт, залегший в глубине моей души занял в моем подсознании тот самый трон, что отвечает за совесть, спихнувшим тем самым ошарашенного ангелочка – тихого, рассудительного и спокойного. Сейчас тот самый «черт» требовал от меня эмоций, сердитости, ненависти и жуткого эгоизма. И где-то далеко в углу, косящийся на «короля трона» ангел мысленно поддерживал его, одновременно борясь сам с собою.
-Господи, за что?! За что мне такое наказание?! – вновь закинула я навстречу дождю голову вверх и проклинала Его. Люди оборачивались, крутили пальцем у виска. Мне было плевать, - «я больше не могу держать это в себе!» - Почему ты обрушил всю мою мечту лишь одним реальным сном?! Ненавижу тебя! Будь ты проклят! Подари мне то, что я хочу! Подари мне! – и тихонько добавляя про себя «… подари тепло близкого человека…»
-Вика! – послышалось откуда-то сзади, - Викуля! – этот голос я из тысячи узнаю.
-Бабушка! – в ответ крикнула я, мысленно ставя ангела на место. Старушка показалась на той стороне дороги и нетерпеливо помахала правой рукой. Она подождала зеленого для пешеходов цвета светофора и смело, радостно зашагала по размеченной дороге, напоминающей спину африканского коня.
-Бабушка! – вновь прикрикнула я.
Тут случилось то, чего я ждала меньше всего на свете.
Серебристая иномарка с ярким узором саламандры на капоте на всей скорости мчалась к пешеходному переходу. Машина даже останавливаться не хотела и, казалось, еще более прибавила скорость. Скрип тормозов, глухой лязг шин по мокрому асфальту, тяжелое глухое падение чего-то – я побоялась открывать глаза.
-Бабушка! Нет! – с ужасом распахивая и так мокрые глаза от слез и дождя, я ринулась к моей старушке.
-Прости,… прости меня! Бабушка! – судорожно теребила я её за голову, понимая, что после такого столкновения пожилой человек жить не сможет.
Повсюду лежали продукты и куски оборванного белого и плотного целлофанового пакета. Она шла тогда с магазина. Не успела порадовать меня.
Слезы… слезы потери…
-Я же... – неуверенно начала я, - …я же просила тебя о дорогом человеке! Но не просила о смерти! Глупое создание! Ненавижу тебя! – утробный голос разорвал часть моей души в клочья. Эта старушка многое сделала для меня, многим пожертвовала и так глупо подарила свою душу Смерти.
Подъехавшая машина подала сигнал. Водитель кричал что-то вроде: «уйди с дороги!» пришлось уйти – я жить хотела. Тот убийца мигом скрылся с места происшествия так, что даже пыль не осела еще.
-Скорая, здесь мою бабушку сбила машина…да… улица Майская, около 24 дома… - дрожащими руками я держала сотовый и злобно, гневно рычала в трубку, тем самым пугая дежурившую на посту медсестру.
Я убежала, чтобы не видеть её голубых, стеклянных и безжизненных глаз. Убежала я далеко, не оглядываясь назад, отрицая все лезущие в голову мысли мотаньем головой, роняя казавшиеся незаметными при дожде горькие слезы.
-Черт! - это все, что я смогла выговорить, когда споткнулась о железный обод открытого колодца.
-Помогите! – кричала я, ощущая, что при падении, примерно с высоты 4 метров, сломала себе что-то. Нога…
-Настя? – высунулась знакомая мордочка сверху, - Настя! Помоги Настя!
Она не ответила, лишь хитро ухмыльнулась. Бросила слово «прощай» - и её мордочка-лисица навеки скрылась из обзора. Было глубоко…. Все тело обдало горячим паром. Зловонный и влажный запах мигом забил нос, не давая дышать нормально. Нога противно болела и колола. Волосы начали прилипать к лицу, к щекам и скулам, тем самым уменьшая мой обзор. Глаза потихоньку заплывали белесым туманом, руки скользили по стенам. Единственная целая нога потеряла некую невидимую опору и безжалостно подкосилась. Тело начало падать в небытие, глаза уже одолела темная пелена, руки предательски онемели, но все еще тянулись к кружочку света, что издавал люк канализации. Глаза еле улавливали голубоватые пузырьки воздуха, летевшие на поверхность. Одежда тянулась, как и руки, к тому свету. Ничто не хотело умирать, но…. Похоже, я утонула тогда….

Варианты ответов: