Крик… боль… жестокость… смех… страх… разочарование… стыд… желание… мучение… паника… безумие… гнев… любовь… ревность…
Слова… такие обычные слова, которые имеют большое значение для человечества, которые имеют большое значения для меня. Сколько Эл испытывал чувств и эмоция за свою жизнь? Его взгляд отражал спокойствие, задумчивость, даже холод и равнодушие. В его глазах редко появлялись отчетливые эмоции. Он был хорошим актером, он мог изобразить чувства, но какова вероятность, что он что-то испытывал в такие моменты? Он человек, но такие как он встречались столь редко, что я вообще сомневалась в существование подобных ему. Он такой один и именно за это я привязалась к нему, но мои чувства… были ли они… настоящими? Веду ли я себя так, как хочу? Настоящая ли я сама? Фарфоровая кукла… порой мне казалось, что я такая же, сделанная из фарфора, со стекляшками, вместо глаз. Если меня уронить, я разобьюсь вдребезги, мое прекрасное фарфоровое личико испортят сотни трещин, а затем по полу будут собирать осколки, что остались от меня. Ненавижу… себя, мир, людей… все… я все ненавижу! Даже собственного брата, он такой… мусор.
-Эй, детка!
Как темно… Тусклый фонарный свет едва освещает улицу парк, странно, что его не закрыли на ночь. Капли дождя больно хлещут по лицу, дают сотни пощечин, но мне нравятся прикосновения капель. Холодные, жесткие… как порой я люблю дождь, люблю, когда его капли падают мне на лицо, стекают по нему и падают на землю. Шум, как шелест страниц, сотни страниц…
-Эй! Я к тебе обращаюсь! – кто-то грубо хватает меня за плечо и разворачивает к себе. Еще один отброс общества, не может оставить девушку в покое. Был бы у меня пистолет, я бы всадила в это ничтожество несколько пуль, но у меня с собой есть только складной маленький ножик. Кстати, где он там?
-Пошел ты! – грубо бросаю я неизвестному. Его лицо искажается в гневе, хотя это сугубо его проблемы. Черт, достанется мне, когда Ватари или Эл заметят, что я посреди ночи ушла гулять, в такую то темень. А потом найдут где-нибудь мой изнасилованный труп… хотя нет, не дождутся. А вот и ножик, в кармане джинсов. Ну все парень, нож тебе в горло и пиши пропало. И будут искать двух серийных убийц, того, чьим делом занялся Эл и моим, хотя думаю, если начнут один за другим подыхать всякие швали, наш район мне будет только благодарен.
-Какие мы смелые! – сзади появился еще один мерзкий тип. И какой смысл гулять в такое время по парку, да еще и в дождь? Видимо у них с личной жизнь проблемы, вот и ищут себе жертв, чтобы инстинкт как-то заглушить, не онанизмом же им заниматься. Только радоваться им осталось недолго. Сейчас я не в настроении терпеть всяких похотливых парней, которым сексуальной жизни не хватает, у меня самой есть дела поважнее, чем их терпеть. Вот только убью одного, так другой нападет. Да, не самая приятная ситуация, черт, это же надо так попасть. Щелк… лезвие ножа растянулось во всю длину. Я знаю их цели, и я не дам им разыграться. Нет смысла им угрожать, нет смысла пытаться убежать… В глазах цвета начинают окрашиваться в красный цвет, как будто я смотрю в красные стеклышки. Рассудок медленно покидает мое существо, остается лишь инстинкт самосохранения, как будто в голове раздался щелчок, как будто сработал какой-то механизм. И желание… желание убить становится таким невыносимым, что поглатывает меня, как удав заглатывает свою жертву. Взмах… удар… теплая жидкость брызжет в лицо…
Я проткнула ему горло, наверное, это больно, когда нож протыкает твою глотку, входит по самую рукоятку. Парень начинает захлебываться в собственной крови, он как будто набрал ее в рот и она вытекает обратно, начинает бурлить и вытекает, стекая к подбородку. Парень хочет что-то прохрипеть, но вместо этого раздается какой-то странный звук, а незнакомец хватается за место удара и падает на колени прямо передо мной.
-Ах ты тварь! – кричит тот, что находится сзади меня и тут же хватает меня за волосы. Боль заставляет меня вскрикнуть, сейчас мне кажется, что он вырвет с корнем мои волосы и вместе с этим оторвет кожу с моей головы. Как же больно…
-Сукин ты сын! Отпусти меня! – зачем я кричу? Сколько гнева и ненависти в моем голосе и что-то еще… Перед глазами проносится недавний разговор с Элом и становится как-то тошно и пусто на душе. Какое мерзкое ощущение… Нет, я не хочу вот так легко умереть, ведь я еще так мало сделала, так мало сказала. Я ведь еще… не осуществила свою мечту…
Удар… в носу что-то неприятно хрустнуло и я почувствовала, как почти тут же из него хлынула теплая жидкость, что недавно брызнула мне в лицо, когда я всунула нож в глотку парня. Асфальт… я ударилась лицом прямо об него. Все лицо ныло от боли, хотелось сжаться в комок, но этого я допустить не могу. Убить… надо убить… второго… что напал на меня. Удар, прямо под ребра, что я сгибаюсь от еще одной волны боли, но надо терпеть, надо… убить. Я терплю боль, терплю удары и медленно тянусь к трупу первого парня, еще немного… Нож, у меня получается нащупать рукоятку и я резко вырываю его, раздается хлюпающий звук и кровь… много крови, чьи брызги попадают на мою руку. В небе раздается грохот, дождь усиливается, превращаясь в мощный ливень, я уже мокра до ниточки, одежда прилипает к телу, но я не обращаю на это внимания, сейчас в голове есть лишь одна мысль, что просто съедает меня изнутри. Бока горят от боли, но я сжав зубы я хватаю парня за ногу, делаю рывок и парень, громко матерясь падает на землю, подставляет руки, чтобы смягчить падение. Сильное желание начинает преодолевать боль. Сама не понимая, как я еще способна на подобное, я резко поднимаюсь на ноги, размахиваюсь и вонзаю нож прямо парню в затылок, а затем почти сразу же вырываю его. Крик… предсмертный, наполненный болью и ужасом, но он как будто ласкает мой слух, а внутренний голос сладко шепчет «тварь, так ему и надо». Яркая молния разрезает небо пополам, а затем вновь гром, словно треск множества деревьев, который беспощадно срубают в лесу. Я пошатываясь подхожу к первому парню, беру его руку и просовываю в ладонь рукоятку ножа, а затем сжимаю его пальцы, что создается впечатление, будто бы парень держит нож. А затем, словно поддавшись еще одному рывку, я направляю острие ножа себе в ногу. Боль заставляет меня вскрикнуть, но я вновь сжимаю зубы, вырываю нож и отпускаю руку незнакомца. Рука безжизненно опускается на мокрый холодный асфальт, а я, держась за ногу из которой хлыщет кровь, отхожу чуть подальше от парней и падаю в бессилии. Кое-как мне удается перевернуться на спину, все тело страдает от боли, которая разрывает меня на части. Холодный дождь хлыщет по лицу, беспощадно, он наказывает меня за совершенное. Только небо знает правду, только дождь знает о произошедшем, только Бог может наказать меня, отправив в ад. Дождь как будто будит мой рассудок и заглушает желание, ко мне возвращается осознание поступка и невольно сердце замирает, а затем начинает биться в бешеном ритме. Как я могла убить двух людей? Как я могла пожелать это совершить? Эмоции захватывают меня в свой поток, легкие набирают побольше воздуха, а затем я кричу, что есть сил кричу, хватаясь за голову. Я стараюсь удержать сознание, но оно вновь уходит от меня, как тогда, как в аварии. Глаза медленно закрываются, хотя я не хочу этого, я хочу остаться в сознании, я не хочу терять его второй раз за сутки, но теряю. По лицу фарфоровой куклы пошла трещина…
А? Что за… Шум? Разговоры? Шаги? Пищание аппаратов? Надо открыть глаза… Все тело как будто в плену, нет, больше похоже на бинты. Черт, ничего не помню, что произошло, как будто дыра в памяти, помню только, что пошла гулять в парк и начался дождь, а затем ко мне пристало двое парней. Блин, что же случилось? Надеюсь, меня хоть не изнасиловали, а то я возненавижу собственное тело.
Свет, заставляет меня зажмурить глаза, которые уже привыкли к тьме. Там было так спокойно, так хорошо и безмятежно, что мне просто не хотелось возвращаться в этот мир, но ничего не поделаешь, есть люди, ради которых я должна жить. Голова болит, как будто по ней ударили чем-то тяжелым, хотя может, действительно ударили. Брат… Эл… Ватари… где вы? Где вы все? Хоть… кто-нибудь. Белые стены, белый потолок… я либо в больнице, либо в психушке, хотя мне пора и туда, и туда. И сколько я провалялась без сознания? Хотелось бы мне узнать ответы на вопросы, но пока стоит подождать и так в голове каша. Ммм… какой сладкий запах, похоже справа от меня, на тумбочке, которую я уже успела заметить краем глаза, есть что-то сладкое. Как хочется есть…
Я осторожно поднимаю руку, которая еще не совсем хочет мне подчиняться. Но ей приходится это делать. Я протягиваю руку к тумбочке и ощупываю ее, а затем обнаруживаю что-то мягкое и липковатое, похожее на пирожное, только, кажется, его уже как будто кто-то ел. Внутри меня появляется приятно ощущение, Эл должно быть где-то рядом, может, разговаривает с врачом, надо только поднять голову и взглянуть на дверь, быть может, она приоткрыта или, как это бывает в больницах, ее верхняя половина с полупрозрачным стеклом, благодаря которому можно увидеть тех, кто находится за ней. Я делаю усилие, и приподнимаюсь на кровати, при этом, глядя на дверь, которая в свою очередь действительно оказывается со стеклом. Ссутулившись по своей привычке, с черной шевелюрой волос, что находят в творческом беспорядке, стоит Эл, активно беседуя то ли с медсестрой, то ли с врачихой. Создается ощущение, что она делает парню выговор, знала бы она, с кем имеет честь разговаривать, сразу бы замолкла. Интересно, она симпатичная? А, черт, о чем я только думаю!
Варианты ответов: