...

Полная темнота. Ничего не видно, хоть глаз выколи. Делаю пару шагов вперед, влево, вправо. Будто на месте все равно стою. Что ж за место такое? Сколько можно?!
- Ума Кляйн, - разносится повсеместно злой голос и отдается эхом в ушах.
- Кто здесь? – машинально отвечаю я.
Из тьмы к моему лицу тянется когтистая темно-серая рука и…

- Ума, приехали, - потряс девочку за плечо Ричард.
- Встаю-встаю, - ответила она и зевнула. Сегодня сон она не досмотрела, его прервали, но Ума знала, каким будет конец.

«Из тьмы к лицу девочки тянется когтистая темно-серая рука и впивается пальцами в ее глаза, скулы, подбородок и неизвестный вытягивает из Умы жизнь…»

Этот сон Уме начал сниться каждую ночь начиная с той, которая была перед стычкой со Слот и Энви. С чем это связано, девочка так и не могла понять.
Как раз за час до прибытия Кляйн и Бренемена, гомункула видели в парке у пруда. Возможно, он решил там укрыться и сделать засаду. В связи с этим Ума и Ричард шли по тропинкам очень тихо и постоянно оглядывались.
- Меня эти путешествия по стране уже вымотали, - прошептал Ричард.
- Меня тоже. Кстати, надо запастись теплой одеждой. На север как-никак поедим.
- С ума сойти, они уже планы строят, - донеслось откуда-то сверху. На ветке высоко дерева стояла та самая девочка, которую описывали в телеграмме. Она спрыгнула и приземлилась в двадцати метрах от Умы и Ричарда.
- Судя по всему, ты Грид? – спросил Бренемен.
- Интересно, по чему же ты судил, если у тебя такая глупость получилась? – обиделась девочка. – Нет, я далеко не Грид. Меня зовут Врейт, но мне больше нравится Рейдж или просто Рей.
- Rage – Ярость, - улыбнулась Ума. – Не выглядишь ты больно яростной.
- А кто из нашей «семьи» так выглядел? Кинг Брэдли был довольно спокойным гомункулом, Фури и я далеко от него не ушли.
- Фури? – переспросил Ричард.
- Так зовут нашу Мать. Изначально она была Гневом, но, когда появился Кинг Брэдли, надобность в Фури отпала, потому что она была слабее него. Мать сбежала в мир людей и теперь вернулась, чтобы отомстить алхимикам за убитых братьев и сестер.
- А не много ли ты сболтнула?
- Нет, мертвецы не раскроют мою оплошность, - холодно ответила Рей и исчезла.
- где она? – вздрогнул Ричард и вдруг возле него что-то мелькнуло. Парень замер, широко раскрыв глаза, и через мгновение его рубашка обагрилась.
- Ричард! – вскрикнула Ума и бросилась к нему.
- Не теряй бдительность, - прошептал тот и потерял сознание. Ума разорвала на нем верхнюю одежду и увидела, что Рей оставила у него на груди длинный и глубокий порез.
- Дьявол, слишком быстро! – выругалась девочка и приложила руки к ране. Единственное, чем она сейчас могла помочь Ричарду это зашить рану. Красная нить скользнула по порезу, соединяя неровные края, и замкнулась.
Фьють! – Ума повалилась рядом. По ее спине забегали молнии, заживляя раны.
- Как же подло наносить удары в спину, - поднимаясь, сказала она.
- Ты еще жива? – остановилась в нескольких шагах от Умы Рей. Ее руки были пусты.
- Ты что, наносишь удары ногтями? – ужаснулась Ума.
- Да, а что? – взглянула на свои длинные острые ногти Рей. В этот момент Ума рванула к ней, но гомункул не только двигался, но и соображал быстро.
- Сзади! – крикнул кто-то. Ума отскочила в сторону и оглянулась. В шаге от нее стояла Рей и смотрела в землю, которая вдруг ожила и подбросила гомункула высоко в небо. Ума подумала было, что это Ричард очнулся, но голос был не его и вообще принадлежал ребенку.
- Ты не ранена? – подбежал к Уме мальчик с золотистым цветом волос и карими глазами. По росту он был чуть выше Кляйн.
- Нет, все в порядке, спасибо за помощь, но кто ты?
Незнакомец не успел ответить, потому что Рейдж уже успела вернуться.
- Вот это полет, - задыхаясь и, еле стоя на ногах, выдала она.
Ума выставила руку в сторону и проткнула гомункула лезвием. Неизвестный мальчик ужаснулся и отпрянул назад. Рей упала на колени и попыталась вырвать из живота вектор, но у нее ничего не вышло. Тогда она взглянула на Уму и, показав ей средний палец руки, вонзила себе в грудь ногти и стала засовывать в рану руку. Затем она что-то сжала и превратилась в пепел. Несколько минут Кляйн и незнакомец наблюдали, как он разлетается по ветру и исчезает в листве и траве.
- Что она сделала? – спросил, наконец, мальчик.
- Уничтожила свой философский камень, - ответила Ума. – Только, пожалуйста, не бойся меня.
- Я и не боюсь, я понял, что ты манификар.
- А ты кто?
- Меня зовут Элрик, А…
- Эдвард Элрик?! Стальной алхимик?!! – заверещала Ума. – Ты вернул себе алхимию?!!! Как круто!!!
- Нет-нет-нет, - смутился Элрик. – Я не Эд, я его младший брат Альфонс.
Ума тут же успокоилась и взглянула на покрасневшего мальчика.
- Если ты такой симпатичный, то какой же Эдвард? – еще сильнее смутила она Ала.
- Мне кто-нибудь поможет, в конце-то концов? – мученически проговорил Ричард

Варианты ответов: