...

- Блин, хочу в деревню! Юль…
- А че ты на меня смотришь? Я согласна!
- Вы что друг друга без слов понимаете? – спросила Наташка.
- Ага! – сказали мы с ней в один голос и как заржем.
- И она мне еще говорит не ржать, сама хороша!
- Цыц Мисимка!
Так продолжалось долго, пока мы с Юлькой не пришли к выводу, что пора собираться. Мы стали ползать как мурашики, точнее бегали. Бегали, сталкивались, смеялись и опять бегали. Вообщем через два часа мы с горем пополам были готовы. Макс приклеился к моей машине и клещами не отодрать, поэтому и им пришлось ехать с нами, т.е. на моей машине. Мы заехали в магазин и закупились. О да, вечер, что надо. Так как было очень жарко, то и одеты мы были по жаркому. Короткие шорты, майки, которые потом благополучно оказались на заднем сидении, купальники, мокрые волосы, забранные в пучок и сланцы. Мы заехали искупаться на Волгу. И не важно, что из моих родных никто не знает про мои татуировки. Теперь двое знают и они мне настучали по маковке, неважно. Наконец то мы съехали с главного шоссе, осталось ехать минут 20. Окна были отпущены до нельзя, музыка орала, жалко не наша с Юлькой любимая, настроение зашкаливала у всех. Вот последний пригорок, и все мы въехали в деревню. Как всегда все разевают рты, как всегда нас облаяла Богира. Уууу… Ненавижу эту собаку. Старая, а все еще тявкает зараза. Еще чуть – чуть, и все. Я заехала в ворота, которые каким то боком были открыты и заглушила мотор. Макс, кряхтя, что так быстро приехали, вылез, следом за ним Наташка. Пока они там кряхтели, мои уже все высыпали, а главное папа уже мчался в нашу сторону на всех парах. Мы с Юлькой деловые две колбасы, гордо и с улыбочкой вышли из машины. Тут мой гениальный папочка просто отталкивает меня, и садится на водительское место.
- Эээ… Ну нифига наглость!
- Офигеть… Вот это машинка! – папа, как маленький ребенок ей богу.
- Нормально, это называется он дочку не видел фиг знает сколько! – проворчала я, а Юлька стояла и хихикала.
- Не ворчи Тютька! Дашь прокатится? – сказал папа.
- Не дашь!
- Почему? – обидели ребенка.
- Потому что, Макасимкам не даю кататься! – я показала язык, все уже загибались от смеха. Еще бы, давно не виделись все таки.
- Ух, какая ты вредная! – пробубнел папа и вылез из машины.
- Кто от кого, тот и в того! – засмеялась я.
- Привет! – он меня стал душить.
- Неужели, мы созрели! – я тоже к нему прилипла.
- Вот чего приехала? Чего на месте не сидится? Сидела бы у себя в Питере, дак нет надо над отцом поиздеваться! – походу он разговаривал сам собой.
- Тоже мне… Разворчался тут! – он состроил гримасу и пошел к багажнику, Натаха уже запрягла. – Эээ… Куда пошел?
- А че мне плясать?
- Можешь и сплясать, я еще не видела!
- Прибью когда нибудь!
- Я тоже люблю тебя папочка! Вообще иди сюда, знакомить буду! – после этих слов, моя любимая подружка, которая уже как помидорка от смеха, стихла. – Пап, это Юля моя подруга! Юлик, а это мой папа, Максим Владимирович!
- Очень приятно! – улыбнулась она.
- Та самая?
- Да папа, та самая!

Варианты ответов: