Утро к моему удивлению выдалось не плохим, я даже не проспала, Пэнси не будила меня
жутким храпом, и никаких проделок Малфоя и его компании замечено не было. На
сегодня я выбрала белоснежную рубашку с маленькими чёрными пуговицами, чёрные
брюки и кеды, которые ещё вчера полюбились мне, наводить «кардинальный марафет» я
не собиралась, немного туши, чёрная подводка и бледная помада, больше ничего в
отличии от Паркинсон. О! Она и её малохольные подружки ничего не смыслящие в
макияже готовы вываливать на лицо тонны косметики. Однажды после вечеринки,
устроенной Харпер Тресеми в нескольких комнатах от нашей, Паркинсон забыла смыть
так называемый «макияж», а на утро к нам заявился Малфой. Это нужно было видеть,
бедолага забился в угол и просил немедленно выпустить из комнаты, когда Пэнси
присвистывая и причмокивая, двинулась на парня с вопросами, зачем тот зашёл. Я
каталось по полу от смеха, но решив, что даже для него это слишком, выпустила беднягу
из спальни. Как оказалось позже от испуга Драко забыл зачем вообще приходил. После
того случая, он на отрез отказывался зайти в нашу комнату, когда я звала его, забрать
ежедневник, который я по просьбе профессора Снега любезно согласилась ему вернуть. Я
ведь знала о его «аллергии» на женскую спальню, поэтому отмахнуться от счастливого
случая поиздеваться над «приятелем». Помнится, мне тогда стало жалко Драко, который
долго испепелял дверь упрямым взглядом так и не решаясь войти.
Варианты ответов: