С того момента, всё пошло совсем по-другому. Билл стал более открытым и дружелюбным. Конечно я не ждала о него, что он тут же бросится мне обо всё рассказать и всецело доверять нет, я бы сама не поверила в это. То, что произошло, уже было чудом, это прекрасное начало, и я радуюсь этому. Билл стал меньше времени проводить в одиночестве, мы стали часто гулять на свежем воздухе, что шло ему на пользу. Я много читала ему, по несколько часов в день, Биллу нравилось, как я читаю. Он стал вслушиваться в то, что я читаю, задавал вопросы о том, что ему было непонятно,а я объясняла. Мы с ним много разговаривали, но только когда он сам был к этому расположен, я не навязывалась. Говорили обо всё на свете, порой даже философствовали на темы человечества, любви, смысла жизни и так далее, я заметила, что Биллу нравится рассуждать. В разговорах, я старалась не затрагивать тему его семьи или болезни, не хотела, чтобы он думал об этом. Чем меньше они будет считать себя больным, тем быстрее поправится. Иногда, говорил только он, я слушала не упуская ни одного слова,не перебивая. Биллу было это необходимо, в нём столько всего накопилось. Он много спрашивал о моей жизни, о том, чем я занимаюсь. Его особенно воодушевило то, что я занималась в художественной школе. Я рассказала ему о всех тонкостях и хитростях лепки из глины которые знала, а он с нескрываемым интересом слушал. Мне было это так приятно, никто так не восхищался моим занятием. Обычно, друзья меня не слушали и не проявляли никакой заинтересованности. Да и, должна сказать, класс лепки из глины у нас был маленький, всего двенадцать человек:
-Покажешь мне, как это делается?- спросил меня Билл однажды, во время нашего очередного сеанса чтения. Я сначала не поняла, что он имеет ввиду.
-Что показать?-немного недоумённо спросила я, оторвавшись от книги.
-Как ты лепишь из глины. Я видел, как ты работаешь в гараже,через окно в комнате, но хотел бы всё рассмотреть поближе.-с лёгкой улыбкой ответил он, смущённо опуская глаза.
-Конечно, с удовольствием!- я не скрывала своего восторга.
Прейдя в «мастерскую», Билл с интересом разглядывал мои работы, которые я успела сделать. В основном это были вазы с необычными рисунками разных форм, размеров, замысловатые фигуры,а порой мелкие безделушки напоминающие работу ребёнка в детском саду (такое я делала, когда в голове не было никаких особых идей, просто занять время).
-У тебя прекрасные работы, такие аккуратные и красивые.-тихо произнёс он рассматривая и вертя в руках небольшую фигурку ангела.
-Спасибо,но знаешь… я бы хотела создать что-то такое…такое грандиозное, необычное, чего ещё никто не делал!-возбуждённо сказала я.-…но,пока ничего не приходит в голову, ограничиваю себя этой ерундой.-вздохнула я, потыкав пальцами в не размятую глину, лежащей на столе.
-Это вовсе не ерунда!-возмутился Билл посмотрев на меня.-Мне нравится.-снова опускает глаза на фигурку, которую всё ещё держал в руках. Я так поняла, что она ему особенно понравилась:
-Можешь её взять себе…-сказала я улыбнувшись, он с удивлением снова поворачивается ко мне.-…если нравится…она твоя.
Он благодарно улыбается, крепче сжав ангела в руках:
-Спасибо. Она мне сразу бросилась в глаза, когда я вошёл сюда. Спасибо.-дважды благодарит он, от чего я смущаюсь и краснею.
Потом я ему показывала, как правильно разминать глину. Объяснила, как избавиться от всех негативных мыслей, и правильно начать работу. Главное, не быть жёстким и грубым, нужно воспринимать глину, как что-то живое, очень нежное и прекрасное.
-Хочешь попробовать сам?-предложила я ему, уступая место у стала.
Билл, немного помешкав, согласился. Надеваю на него специальный фартук, чтобы он не запачкался (я надеваю его только во время очень, так сказать, грязной работы,а обычно работаю без него.Научилась работать аккуратно, не пачкая одежду.) Посжимав немного пальцы в кулаки, словно разминая их, начинает разминать глину. Я вижу, что его руки,а особенно кисти, сильно напряжены, поэтому,хоть он и не делает резких движений, глина разваливается на кусочки в его руках (а должна, будто волны в океане, медленно перетекать оставаясь единым целым).
-Подожди.-останавливаю я его.- Твои кисти рук сильно напряженны,расслабь их.
Встаю рядом с Биллом, и осторожно развернув его руки к себе, начинаю легко сжимать и отпускать их в нужных местах.( Это помогает мышцам расслабиться.)
-Твои руки должны быть свободными и нескованными, но и не вялыми.-с улыбкой произношу я и поднимаю на него глаза. Он смотрит на меня, внимательно наблюдает за моими действиями. Я немного смущаюсь и опускаю взгляд обратно на его руки:
-Ну вот, попробуй ещё раз.-сказала я, когда его руки были полностью расслабленны и готовы к работе.
Билл безоговорочно приступает снова разминать глину и теперь всё идёт как надо, да он и сам это почувствовал. Когда глина работает в твоих руках как надо, ты чувствуешь это нутром, и словно держишь в руках шёлковую ткань, что так нежно касается кожи. От этого всегда растекается приятная прохлада по телу, словно от лёгкого бриза.
После, мы вернулись в дом, пора было делать укол и готовить обед, но я пообещала Биллу, что следующий раз научу его работать со станком для лепки.
Варианты ответов: