Мабуи набросилась на Даруи, словно ураган, сминая истерзанное тело джонина в стальных объятьях. От чего он сморщился и недовольно зашипел. Больше всего женщина боялась, что техника переноса убьет его, но полученное спустя пару дней послание, придало веры в прекрасное бедующее. И теперь, когда силуэт израненного шиноби показался на улицах селения Облака, она сломя голову, бросилась на встречу. Мабуи не сразу обратила внимание на молодую девушку, что была рядом с Даруи и с интересом рассматривала блондинку, так смело выражающую свою радость.
В кабинете Райкаге, стоя лицом пред огромным блондином Котару чувствовала себя крохотной пылинкой на просторах безмерного космоса. Но Даруи изложил рассказ о своей миссии таким образом, что основная часть заслуг легла на плечи хрупкой девушки. Она предстала перед главой деревни в образе некоего спасителя, ниспосланного свыше. О личной же выгоде девушки джонин предпочел умолчать, упомянув лишь, что ей теперь нет пути обратно. Впечатленный храбростью и самоотверженностью маленькой помощницы, Эй просто сиял от радости и теперь настойчиво допытывался чего же она хочет, взамен на столь самоотверженный поступок. Котару без зазрения совести озвучила свои требования, которые Райкаге тут же повелел исполнить. Только Мабуи осталась холодна с девушкой и косые взгляды, которые она бросала на незнакомку, не остались не замеченными.
Как бы то ни было, Котару оставалась полезна даже теперь. Благодаря ее далеко не маленьким знаниям относительно врага, шиноби Облака смогли вычислить место расположение убежища Акацуки, и уже через три дня семь команд АНБУ, во главе с неизменным Даруи, выдвинулись в путь. Долгие два месяца нервотрепки и сложных шпионских миссий не смогли принести того результата, который позволил появиться благодаря осведомленности нового члена селения.
Ранним утром в логове Акацук Мисао еще видела седьмой сон. Ее не смущало отсутствие в постели привычного источника тепла в виде мастера марионеток. Сасори всегда вставал рано и старался не будить девушку. Вот и теперь, он уже вовсю хлопотал на кухне, делясь с Итачи подробностями его, столь внезапно, ставшей похожей на сказку, личной жизни. Настроение у него было приподнятое, и он далеко не сразу заметил отстраненный взгляд друга, а все потому, что чувства переполняли его, окутывая с головой эйфоричными вспышками. Учиха выглядел устало и измотано, слушал излияния Сасори в пол уха, но смысл слов никуда от него не ускользал. И, не смотря на все сложности его самочувствия, наследник шарингана оставался искренне рад за друга. Наконец, обратив внимание, на чрезмерно молчаливого Учиху, Акасуна уже собирался задать волнующий его вопрос, когда из стены показалась голова Зецу.
- У нас гости. Всем покинуть убежище, приказ лидера. – В два голоса говорил черно-белый член Акацуки.
- И кто же? – Удивленно поинтересовался Итачи, впервые заговорив с самого утра.
- Шиноби Облака. – Ответил Зецу, и поспешил скрыться.
Итачи перевел задумчивый взгляд на Сасори, словно ожидая его реакции, но Акасуна не спешил что-то говорить. В его сознании мгновенно мир перевернулся с ног на голову. Еще секунду назад он был счастлив, как никогда прежде, и теперь у него отнимали это. Учиха прожигал его взглядом кровавого шарингана, но ответа так и не дождался, прекрасно видя, в какой растерянности прибывает марионеточник. Холодная рука гения гендзюцо легла на плечо нукенина Песка, заставив того вздрогнуть и поднять на него глаза.
- Если любишь, отпусти. – Коротко проговорил Итачи, покидая пределы кухни.
Только теперь Сасори задался вопросом, который мучил его столько лет, на протяжении которых он был знаком с Учиха. Акасуна никогда не мог понять, почему Итачи оставил брата в полном неведении, относительно своего задания, почему бросил одного, раз так сильно любил. Но теперь все встало на свои места. Любовь, искренняя и чистая проявляется только в этом отчаянном шаге, отпустить. И, если такова будет ее воля, он отпустит. Ведь ему будет достаточно знать, что она вернется домой, к любящим людям и друзьям. Будет в безопасности, его Мисао, которая навсегда останется в его сердце.
С ужасным скрипом души он открывал дверь, смотря на еще не проснувшуюся девушку, которая так по-детски обнимала подушку во сне.
- Мисао, - Сасори присел на край кровати, осторожно проведя рукой по плечу, отводя прядь растрепавшихся волос в сторону. – Просыпайся, пора.
- Куда, пора? – Охрипшим после сна голосом, спросила девушка, едва открыв глаза.
- Шиноби Облака скоро будут здесь. – Медленно и как можно тише говорил Акасуна, хотя каждое слово отдавалось болью в груди. – Я обещал, что ты вернешься домой. Время пришло.
Нукенин встал с кровати, направляясь к выходу из комнаты, но Пантера успела поймать его за руку у самой двери. Взгляд зеленых глаз внимательно всматривался в его сосредоточенное лицо, стараясь разглядеть истинные чувства под статичной маской.
- Сасори, а можно… - Неуверенно произнесла шатенка, запнувшись на середине фразы. Акасуна взял ее лицо в ладони, нежно поглаживая большим пальцем по щеке.
- Конечно можно. Тебе даже не стоит спрашивать. – Старался уверить ее кукольник. Но он понял ее не правильно.
- Сасори, можно мне остаться с тобой?
Варианты ответов: