.

Проснулась я от лучей солнца, которые немилосердно щекотали мне ресницы. Я отвернулась, ворча что-то себе под нос, но через пару минут они настигли меня и там. Пришлось открыть глаза. Увидев над головой тот же самый потолок, я с трудом сдержала стон. Что-то тёплое припекало мне правый и левый бока. Я осторожно повернулась и обомлела: с обеих сторон от меня лежали мои доблестные короли и сладко посапывали, причём Эдмунд почти уткнулся носом в моё плечо. Мне стало приятно: он относится ко мне хорошо и заботится обо мне, в отличие от его сестры.
Его сестры!..
Порывисто вскочив, я стала мерять шагами крохотную площадку. Если Люси и Юстаса продадут, то это будет плохо: мы можем никогда не увидиться. Что же делать, что делать!
Для начала я влезла на подоконник и выглянула в крошечное окно, забранное решёткой. Рассвет. Красотища. Однако мне было не до красоты. Я пыталась рассмотреть, что происходит внизу, тремя этажами ниже.
-ты что делаешь?
От неожиданности я чуть не вскрикнула:
-Эдмунд, не пугай меня так.
Он стоял снизу и с интересом разглядывал меня. Я спрыгнула к нему:
-с добрым утром.
-с добрым.
Я легла на сено и закрыла глаза. Меня настойчиво клонило в сон. Рядом со мной лёг Эдмунд:
-Лина, можно спросить?
-можно.
-я так и не узнал... Сколько тебе лет?
-семнадцать.
-ммм... Ясно.
-а тебе?
-мне? Мне тоже семнадцать.
-понятно. Ты из Англии?
-из неё.
-где живёшь?
-на Лайм-Стрит. А ты?
-я дальше. На Карнаби Стрит.
-и как там?
-не очень. Постоянные стычки хиппи, крики по ночам. Весело.
-ах, да, это же район хиппи. У нас спокойнее.

Варианты ответов: