- Я СПАСУ ЧИ-ТЯН, СО МНОЙ СИЛА!!! - заорал Тсуна, несясь в одних трусах по городу. Пользоваться дверью, чтобы войти в склад он счел лишним, поэтому просто пробился сквозь стену. - ГДЕ ТЫ, ЧИ-ТЯН?!
- Да тут я, тут...
Чиё стояла, подпирая спиной стену. Она (Чиё, а не стена) выглядела вполне сносно. Что-то необычное в ней было, и будь Савада сейчас "нормальным", он бы это заметил. Но в режиме Посмертной Воли он думал только об одном: найти обидчиков Чи-тян! Тсуна огляделся и обнаружил три туши, валяющиеся на полу. Четвертая пока стояла, но не успел мальчик сделать и шага, как бандит грохнулся следом. Сразу после этого Пламя на лбу Тсуны исчезло.
- Чи-тян! Ты как?
- В полном порядке. Но к Реборну у меня теперь довольно много вопросов.
- Да уж... Подожди! Ты что, сама уделала этих парней?! - не веря себе воскликнул Савада.
- Это вынужденная мера! У меня не было выбора! - будто оправдываясь, возмутилась Маташима.
- Э-э-э, - состояние Тсуны можно было описать как "в капле". - Ладно... Забей... Лучше уйти, пока они не очнулись.
- Согласна.
Чиё и Савада вышли через дыру в стене. Наследник семьи Вонголы радовался, что все кончилось благополучно и пока ни над чем другим не задумывался.
Маташима изредка на него поглядывала, о чем она думала, по ее лицу было неясно. Когда друзья проходили мимо темного закоулка, Чиё неожиданно схватила Тсуну за руку и потянула подальше от чужих глаз.
- Итак, я слушаю.
- Ч-что?
- Все. С самого начала.
- Извини, н-но я не понимаю.
Маташима вздохнула:
- Послушай, мой старый друг вламывается, круша бетонную стену, в одних трусах, - тут Тсуна покраснел. - Плюс, с горящими волосами. Как ты объяснишь это?
- Ну, э-э-э...
- Вообще-то, странности я заметила еще с первой нашей встречи, но рассчитывала, что ты сам все расскажешь.
- Я-я, это...
- Кроме того, сам подумай - я похожа на того, кто побил бы четверых дюжих бандюг?
Воцарилось молчание. Савада не знал, что сказать, а Чиё ждала его реакции.
- Ладно. Сейчас я отстану, но я все равно узнаю, что происходит.
С такими словами, она развернулась и ушла, оставляя Тсуна позади. А сам Десятый Вонгола чувствовал себя на редкость отвратительно.
Он понял, что Чи-тян обиделась не на шутку.
Варианты ответов: