Над Штормхолдом сгущались сумерки. По небу в вечерней летней тишине, нарушаемой лишь изредка звуком дуновения легкого ветерка или {censored} какой-нибудь волшебной птички, величественно плыл летающий корабль. Корабль был громаден и чем-то вполне мог бы напоминать невольному зрителю летающий особняк. В сгущающихся сумерках еще можно было увидеть большую надпись на боку корабля, горделиво гласившую «Тантиарн», палубу, обставленную в стиле минимализм, но все же с ощутимой женской рукой, приложенной к этому нелегкому делу, и девушку в красивом длинном платье, стоящую на краю палубы, опершись о довольно широкий для обычного корабля борт локтями. Девушка была невысока ростом, довольно миловидна и, в целом, внешне производила довольно приятное впечатление. Чуть вьющиеся русые волосы до груди, довольно благородные черты лица, длинное платье из темной ткани с длинными рукавами, полукруглым вырезом и минимумом украшений, заключавшихся разве что в узких лентах с золотым узором, шедших вдоль выреза платья, его подола, пояса и единственной, пересекавшей наряд вертикально по самой середине от пояса книзу. Из украшений на красавице был разве что кулон в виде сердечка, гласившего «Тара». Тарой звали девушку и Тара, несмотря на свое местонахождение, никак не походила ни на пленницу, ни на пиратку.
Девушка глубоко вдохнула свежий воздух, а затем приподнялась и в один грациозный прыжок очутилась сидящей на не слишком широкой границе, отделявшей палубу корабля от внешнего мира, просматриваемого метрах в пятнадцати внизу.
Тара Миллер, а именно так и зовут нашу героиню, не была пленницей на этом корабле, но и воздушной пираткой в полном смысле, по обыкновению, вкладываемом в это слово, ее тоже нельзя было назвать. Тара была родной сестрой предводителя команды летающих пиратов, продолжавших славное дело достопочтенного капитана Шекспира, почившего лет эдак сто пятьдесят назад, но сама к пиратству не пылала особой страстью. Брат же ее, хоть и старше был всего на два года, был озабочен безопасностью своей любимой сестренки настолько, что иногда это даже выходило за пределы адекватного поведения и элементарной воспитанности, по мнению самой Тары. Так что девушка, вынужденная проводить большую часть времени на корабле в окружении мужчин разного возраста и на почтенном расстоянии от земли, сама себя логично причисляла и к тем, и к другим. Речь идет о воздушных пиратах и их пленниках, соответственно.
Сейчас на корабле было тихо. Весь штат «Тантиарн» (точную трактовку этому удивительному названию корабля не мог бы дать и сам капитан, так что я даже пытаться не стану), за исключением Тары, благополучно видел пьяные сны, а сама девушка в кои то и веки наслаждалась блаженной тишиной.
Тара вообще была не из пугливых девушек, но когда внезапно за ее спиной на опасно приближенном расстоянии пролетела какая-то крупная птица, сестра капитана совершенно по-девчачьи (а ей ведь было 19) завизжала, взмахнула руками и, не удержав равновесия, с громким визгом, не способным, к несчастью, пробудить пьяных ловцов молний, рухнула вниз.
Штормхолд – страна, где царит магия, иначе никак нельзя объяснить, что единственным повреждением для Тары стал сильнейший удар головой о землю, мгновенно отключивший ее. Корабль продолжал на автопилоте дрейфовать по своему назначению, а девушка, разметавшись на траве, совершенно невредимая (за исключением вероятного сотрясения мозга) осталась лежать на траве. В нескольких метрах от нее возвышалась знаменитая стена, отделявшая волшебную страну Штормхолд от маленького городишки под названием Застенье.
***
Над Штормхолдом занимался рассвет. В это время женщина по имени Дария, по своему обыкновению, проснулась, совершила нехитрый утренний туалет и собралась уж было совершить свой заведенный утренний променад, коий вошел у нее в привычку уже довольно давно: маршрут Дарии проходил от ее небольшого домика до самой стены, там она перекидывалась парой приветственных словечек с нынешним охранником прохода через стену – прытким старичком Маркелло, а потом шла обратно домой и готовилась открывать лавку, так как вот уже десять лет как руководила унаследованной от почившей матушки лавкой со всякими вкусностями, приготовленными по специальным секретным семейным рецептам. Но сегодня заведенный распорядок дня Дарии был нарушен: ведь лежащая на ее дороге девушка – это совсем не то, что она привыкла видеть каждое утро по пути к стене. Охнув, женщина присела и попыталась нащупать пульс. Пульс у странной незнакомки был слабый, дышала она тоже почти неслышно, но определенно была жива. Дария не имела ровным счетом никакого представления, кто эта девица, откуда она пришла и почему лежит на земле, судя по всему, уже долгое время. Охнув еще раз, покачав головой из стороны в сторону, женщина кинулась к стене, с другой стороны которой, как и всегда, чинно восседал Маркелло с тросточкой, перешедшей еще от позапрошлого хранителя стены.
Дария просунула голову в дыру в стене и негодующе ахнула: Маркелло похрапывал, уронив голову себе на грудь и сдвинув потрепанную когда-то коричневую шляпу себе на лицо.
-Просыпайся, лежебока! Вставай, кому говорят! Тут такое!
Маркелло сонно заворочался и чуть было не сверзился со своего поста, но не проснулся, почему и заработал чувствительный подзатыльник от Дарии.
-Ах, ты, такой-сякой! Так-то свою работу делаешь? Потрудись мне объяснить, почему там, на дороге без сознания лежит неизвестная девушка.
-А? Что? Кого? – сонно забормотал Маркелло, продирая глаза.
Дария махнула рукой в сторону волшебной страны.
-Там лежит бесчувственная девушка, говорю! Не знаю, откуда она взялась, но ей нужно помочь.
Маркелло, с трудом соображавший, что от него требуется, был немедленно послан Дарией в Застенье за водой, а сама женщина побежала назад.
-Эй, красавица, - тихо позвала она, легонько похлопывая девушку по щекам. Никакого эффекта. Только после того как Дария вылила на нее полковша теплой воды, она соизволила пошевелиться.
-Ну, как себя чувствуешь? – Дария, сидевшая на корточках около девушки, взволнованно вертела в руках пустой ковш.
Незнакомка схватилась руками за голову и болезненно застонала.
-Плохо.
После нехитрых расспросов Дарии удалось установить, что девушка не помнит абсолютно ничего: ни кто она, ни где она, ни как сюда попала. Имя беспамятствующей Дарии удалось установить: на шее девушки она увидела кулон с именем «Тара».
-Наверное, так тебя и зовут.
-Похоже на то, - признала Тара, пытаясь привести мокрые волосы в приличный вид. – Еще я помню, кажется… я упала.
Дария моргнула.
-Упала? С ?
{censored} медленно задрала голову вверх. В радиусе десяти шагов от ее местоположения не было ни одного возвышения, поэтому версию, предложенную Дарией, пришлось признать, как вполне логичную и, возможно, правдивую.
-С неба падают только звезды… - шепотом, все больше походившим на восторженный, проговорила женщина. – Так ты звезда, получается?
Тара пожала плечами.
-Не помню. Все возможно.
Дарию охватил невероятный восторг и возбуждение. Последняя звезда, которая падала к ним с неба, была будущей королевой Штормхолда – Ивейн. О ее появлении, равно как и о правлении этого чудесного семейства, слагали целые легенды. И вот теперь перед ней, простой торговкой, сидит, похоже, самая настоящая звезда. Дария не была ведьмой и не была, к счастью для Тары, одержима поиском вечной молодости, поэтому единственным ее желанием было приютить упавшую звезду и, возможно, со временем, добиться рассказов о небе или о том, что она оттуда видела, наблюдая за людьми.
«А, возможно, она, как и Ивейн, станет женой короля Штормхолда. А я нашла ее первой. Невероятно!»
Крутившийся неподалеку Маркелло, в ожидании казенного ковша, взятого взаймы у содержателя единственного в Застенье паба, мотал весь разговор на ус.
«Неужели падучая звезда? Такая новость! Такая новость!»
Поэтому, получив казенный ковш назад, Маркелло, взбудораженный с утра пораньше, поспешил обратно в паб. Ему не терпелось поделиться тем, что он увидел и услышал.
Варианты ответов: