Сэми раскрыла рот, не обращая внимания на последние слова байкерши. Надо же, такая милая с виду Роуз на самом деле... Да, все вещи, если разобраться, имеют оболочку. Просто у кого-то она слишком тонкая, и человека можно "прочитать", а у кого-то много масок... Нет, с Габи Саманта тоже ошиблась. Девушка, конечно, с первого взгляда явно питала к Сэми антипатию, но, похоже, она относится так ко всем. Ее легко можно было заподозрить в плохом.
Это был хороший урок для нашей героини: все свои догадки нужно проверять. Читая много книг, среди которых частыми гостями были детективы, Саманта постоянно замечала за главными героями одну важную особенность. Они все в чем-то плохом подозревали тех, кого легче обвинить, а преступником в их жизнях оказывались другие. Те, кто всегда был рядом, но не давал никаких оснований полагать, что они причастны в чем-то плохом.
Но это жизнь, а не книга. Здесь еще сложнее разобраться, кто хороший герой, а кто плохой. И то, что чувствуешь, когда приходит осознание чего-то неприятного, связанное с твоим близким окружением, то, что никогда, ни при каких обстоятельствах не ожидаешь услышать, подвергает тебя в шок.
Саманта полными слез глазами посмотрела на спину Роуз. Милая пампушечка в прошлом, а сейчас, оказывается, подлая ведьма медленно повернулась на взгляд. Такая привычная добрая улыбка озарила ее приятное личико, но стоило Сэми взглянуть ей в глаза - мрак. Бездна, которая втягивает, трясина, которая не дает надежды на отступление. В этих зеленых глазах больше не плясали озорные огоньки, светлая лужайка превратилась в болото. Маска пала.
Сэми поджала губы, боясь расплакаться при всех, и отвернулась от насмехающегося лица Роуз. Работница канцелярии Школы Гринфилд уже не скрывала ту, кем являлась. Она нагло уселась на подоконник, свесив свои пухлые ноги, и испытывающим взглядом начала рассматривать Саманту, будто видела ее впервые. Все молча наблюдали за этим, никто не осмеливался сказать и слова, молчание нарушила сама Роуз. Она отвела взгляд от Саманты и фыркнула:
- Мы здесь не просто так собрались. Завтра полнолуние, и мы должны решить, выбираем ли ее в наши ряды. Хочу заметить, - осклабилась Роуз, накручивая на палец русый волос, - она не справилась ни с одним испытанием.
- Ты не права! - разозлилась Рокси. - Вспомни первое испытание. Мы наблюдали с Софи, и ты там была. Не помнишь, как отлетел от нее тот бугай? Лишь от одного прикосновения!
Рыжая цыганочка раскраснелась, подскочила со своего стула и стала обвинительно тыкать пальцем в пухлую ногу Роуз. Та же отнеслась к этому спокойно: лишь почесала за ухом и подняла одну бровь. Однако от этих жестов Рокси резко побледнела и молча села на свое место.
- Второе испытание тоже прошло успешно: на теле Сэми не осталось ни одного ожога от реактива, - отрезала Софи, сверля Роуз умными серыми глазами. - А в третьем она умудрилась не погибнуть, хотя ты не ослабевала свою магию против неё ни на секунду.
- Я ее и не использовала больше! - запротестовала толстушка. - Только столкнула с пирса, а все, что происходило потом - это ее проблемы. Кто виноват, что она не умеет плавать?
- Я умею... - скромно отозвалась Саманта. - Просто океан меня будто не пускал, а только затягивал глубже...
- Вот, я не виновата, - перебила блондинку Роуз.
- Нужно отдать должное Дику: он вовремя появился и спас Саманту. Неизвестно, что могло вообще случиться...
- Я просто оказался в нужное время в нужном месте, Софи, - сказал голос прямо над ухом Саманты.
Девушка вздрогнула. Значит, это и есть Ричард, - тот, кто ее спас. Боже, сердце чуть не выскочило из груди, когда она услышала его голос. Он был таким приятным, одновременно твердым и мягким, звонким и плавным, нежным, но не подлежащим к возражению.
Парень отошел от головы Саманты и сел ей в ноги так, что его можно было всего рассмотреть. В тусклом свете люстры его волосы все равно золотились и переливались, так и хотелось сравнить его с солнышком. При пытливом взгляде Саманты чувствительные губы Ричарда расплылись в улыбке, и в таких же ярко-голубых глазах, как и у нее, заплясали веселые огоньки. Только глаза Сэми были, как бескрайние воды океана в хорошую погоду, - подвижные, с переливами и издающие нежный свет, как отображение лунного диска в волнах. Глаза же Дика были, будто небосвод, - нежными, лучезарными, с легким безе облаков. Они были не такими подвижными, а скорее спокойными и неторопливыми, способными заглянуть в душу так, что никто не заметит, но оставить там глубокий след.
Варианты ответов: