По ночному весеннему лесу раздавался хруст веток и шелест прошлогодних листьев. Вот промчался крупный заяц, и сразу за ним — стая грозно рычащих волков. Спереди бежал вожак – большой, достающий почти по бёдра взрослому мужчине, дымчато-чёрный и с жёлтыми светящимися глазами. Он был обязан сегодня поймать хотя бы трёх зайцев — самая старая самка Стаи должна была скоро привести выводок, но без еды она не дотянет и до утра. Двое зайцев уже были пойманы, и этот был последним. Он должен был заботиться об этой Стае. О его Стае. Стае, принявшей его вожаком, несмотря даже на то, что Он — Она.
Выпад. Рывок. Хруст костей. Кровь брызгает на траву, а сзади слышится победный вой Стаи.
***
Савада Тсунаеши проснулась сегодня в три часа ночи. В доме стояла абсолютная тишина. Вставая с кровати, она покачнулась и чуть не упала. Тело слушалось с трудом, а во рту стоял уже привычный металлический привкус. Нос уловил стойкий запах свежей крови. Клочки разорванной бледно-розовой в белый горошек пижамы валялись по всему полу. Окно было открыто, и ветер развевал занавески того же бледно-розового цвета.
На небе светила полная луна. Тсуна снова оборачивалась. Это происходило каждое полнолуние и критические дни. Но хуже всего было, когда эти дни совпадали.
Снова покачнувшись, Савада направилась в ванну, проклиная всех богов за то, что находится она так далеко. Конечно, в обычный день девушка преодолела бы это расстояние в пару шагов, но не сегодня. Вот она зашла и тут же закрыла дверь на защёлку, сразу поворачиваясь к зеркалу. Её волосы стали гораздо темнее — почти черными, но более послушными от этого не стали. Глаза стали наоборот светлее и были медово-жёлтыми — такими же, как у Деда. Кровью были испачканы лицо и ладони. По всему телу были ссадины и царапины, но больше половины из них уже затянулись. Тяжко вздохнув, Тсуна встала под тёплые струи воды. Обрабатывать раны она не станет — всё итак заживет как на собаке. Хотя, почему «как»?
Варианты ответов: