В этой школе время тянулось, как резиновый мармелад. И каждый день, каждый, всё было похоже на ужасный сон. Меня бесило всё – от формы, до каменных стен в моей комнате. Ещё и Дэрриан молчал, больше не связываясь со мной, видимо чуял серьёёёёёёёзную помывку мозгов. Но каким-то непонятным мне чудом я дожила до последней недели семестра. И через эту самую неделю меня ждали каникулы. Целых четырнадцать дней без этой {censored} школы, что может быть чудеснее?
Я мечтательно вздохнула и вышла из общей ванной. Кстати, я всё так же продолжала мыться по ночам. И вот сейчас, как обычно идя в комнату, я решила свернуть в дальний коридор, чтобы немного подумать и побыть в одиночестве.
Но мои планы потерпели крах. За очередным поворотом тёмного коридора раздался крик. Я пожала плечами и выглянула на звук. Там никого не было, но справа каменная кладка подозрительно рябила. Так… Либо я схожу с ума, либо здесь решили скрыть проход. Раздался очередной женский крик. Подумав несколько секунд, я решила не вмешиваться. Мало ли что. А раскрывать себя не хочу. ..
Но на этот раз, вместо крика послышалась жалобная русская речь. А русский здесь знали только два человека. Я и Волкофф. Вычислить, кто именно за этой стенкой было не сложно, правда?
Я раздражённо притопнула ногой и со всей силы пнула рябящую поверхность. Та в свою очередь удивлёно моргнула от такого обращения, мгновенно открывая проход.
Я шагнула в стену и потрясённо уставилась на открывшуюся картину.
Элита Слизерена, если точнее и по фамилиям Забини, Малфой, Томпсон, Армстронг и ещё человек десять, уютно расположившись на кожаных диванах, пили вино из изящных бокалов и наблюдали за разыгравшимся представлением, а в частности на то, как Ульрик Теддсон, прижав к стене плачущую Волкофф, лез к ней под юбку.
Гнев тонкой струйкой заполнил разозлённую и взбешённою меня.
Я громко покашляла, привлекая к себе внимание. Зрители, и сам главный герой представления потрясённо на меня уставились.
Забини вскочил с кресла и яростно посмотрел на меня:
- Как ты вошла?!
Я, никак не отреагировав на его реплику, медленно приблизилась к Теддсону и Волкофф. Милая улыбка привычно легла на мои губы. Я осторожно отодвинула опешившего Слизеренца от Ани и, дождавшись, когда расстояние между ними стало вполне приемлемым, оторвала девушку от стены и потянула к двери.
Теддсон опомнился и резво схватил меня за локоть. Я недоумённо обернулась:
- Что?
Юноша с трудом справившись с очередным потрясением, как и все сидящие здесь Слизеренцы грозно нахмуривал выщипанные бровки:
- Ты какого чёрта творишь? Думаешь, так всё просто? Пришла забрала подружку и ушла? Нет, милая, просто теперь у нас будет в два раза больше развлечений! Давай, покажи нам, чему тебя Крамм научил!
Слизеренцы поддержали монолог этого {censored} одобряющими воплями.
Вот, иногда я поражаюсь человеческой тупости… Но он сам напросился..
Я, не переставая всё так же мило улыбаться, резко выдернула свой локоть из захвата щуплых пальцев и отправила свой кулак в полёт, конечным пунктом которого являлась челюсть некого субъекта.
Ульрик болезненно вскрикнул и отлетел к стене.
Да, милый, Золотой Класс, это тебе не ваша задрипаная школа. Нас там не только заклинаниям учат, но и всем видам боя…
Оставшиеся Слизеренцы недовольные моим самовольством сдвинулись с диванов в мою сторону.
Я нервно сглотнула. Почему-то только сейчас я вспомнила, что Сила мне не поможет, а палочку я оставила в комнате… Да и не помог бы мне этот кусок дерева…
Быстро просчитав все возможные варианты, я обречённо вздохнула и вытолкнула Волкофф в коридор, прорычав ей на ухо, чтобы ждала меня в комнате и не рыпалась. Девушка, кажется, впечатлилась. Во всяком случае стуков её каблучков оповестил меня о том, что она послушно уходит.
Я тяжело вздохнула и обернулась к Слизеренцам, принимая боевую стойку.
Чуть прикрыв глаза я попыталась сосредоточится и выработать беспроигрышную стратегию. Хотя слово «беспроигрышно» в моей ситуации было сииииииииииильно растяжимым. Поток воздуха, коснувшегося моего лица, заставил меня открыть глаза и с изумлением наблюдать, как Скорпиус Малфой грозно выставив палочку закрывает меня от разозлившихся дружков.
Ледяные пальцы юноши крепко сжали мою горячую от боевого задора ладонь и тут же отпустили:
- Уходи. Быстро.
Стараясь не сильно раскрывать рот от потрясения, я резво выскочила через проход и на секунду застыв, потрясла головой и ушла в свою комнату. Мне предстоял серьёзный разговор.
Варианты ответов: