Поздний вечер, почти ночь… Холодный ветер пробирает до костей, дерево неприятно царапает спину даже сквозь ткань рубашки. Мелкие ледяные капли немного раздражают. Ведь это даже дождем назвать нельзя. Так, жалкая пародия. Рядом, на земле, лежит черный пиджак. В нем бы, наверняка, было бы теплее. Но Хибари даже не шевелится. Он даже не обращает внимания ни на ветер, ни на холод.
Ему почти все равно. Он не понимает, что он сейчас делает. Зачем он здесь?
Хранитель поднимает голову, всматриваясь в темное небо и едва различимые мелкие звезды. А на что еще смотреть? Неужели, на Саваду Тсунаеши?.. Так за ним и так всегда есть, кому присмотреть. Босс, как никак.
Тонкие губ сжимаются плотнее, когда хранитель смотрит в сторону гроба. Пальцы сжимаются сильнее.
Стоять в стороне порой сложнее… Но Хибари справлялся. Всегда. Потому что иначе нельзя.
Они там, в семье, все друзья, все под крылышком босса. Хибари не признает такого. Друзья – это лишние затраты. Затраты нервов, сил, может, денег. Лишние затраты жизни.
А он хочет тратить свою собственную жизнь только на себя, а не на кого-то постороннего. Он – сильный. А привязанности делают слабыми всех. Это правило. И из него не бывает исключений. По крайней мере, Хибари был уверен в этом почти всю свою жизнь.
Десятый босс Вонголы был одним сплошным исключением. Из самого трусливого, слабого и глупого травоядного каким-то образом вырос самый настоящий хищник. Потому что за каждого из своих людей, Савада был готов растерзать любого, кто был виновен. Он стал другим… Хибари не знал ни одного случая, когда травоядное становилось хищником или наоборот. Максимум, что он видел, жалкие пародии на такое “превращение”. А Тсунаеши удивил.
Стал самым, что ни на есть хищником. А значит, в любой момент мог стать его, Кеи, противником. И если еще пять лет назад это казалось смешным, то в последнее время брюнет уже не знал, кто бы вышел победителем в их схватке.
Он стал сильнее. Не ради себя, а ради тех, к кому привязан. Еще одно исключение. Но Хибари это не волнует. Все умирают одинаково. Со страхом в глазах и гримасой сожаления на лице. Тсунаеши не боялся, это знали абсолютно все. Свой собственный страх он научился топить в ярко-оранжевом пламени. Савада не заслуживал такой нелепой смерти. Именно тот Савада, которого Хибари знал. Один из сильнейших людей в мафии.
Сильнейший если не физически, то духовно уж точно. И его лишили жизни… Не убили, а именно лишили жизни. Исподтишка, тайком, потому что те, кто пошел против босса Вонголы, были слишком слабы. Потому что подлость и трусость – неотъемлемая часть жизни травоядных, возомнивших о себе много лишнего.
Да, потом кто-то из Хранителей обязательно доберется до того, кто посмел пустить пулю и убьет его. Только это не принесет ни удовлетворения, ни чувства успокоения. Потому что цена жизни Тсунаеши и цена жизни его убийцы несоизмеримы!
Ему почти все равно. Он не имел дел к Вонголе ни тогда, ни сейчас. Он почти не чувствует холода, стоя под темным небом с редкими звездами. Он уже почти забыл, зачем он здесь. Это холодное “почти” ужасно раздражает, но откинуть его в сторону хранитель облака не может. Слишком уж большое место оно занимает.
Но какая разница, что там его раздражает, когда вся эта жизнь диктует необходимые правила. И надо либо подчиниться и жить, либо бороться, каждую секунду ощущая за спиной дыхание смерти. За челкой никто не заметит, как в серых глазах все острее становится блеск. Как блеск смертоносного оружия…
Как он позволил себе такую смерть?..
Варианты ответов: