М: ах ты тварь! Как ты посмела прийти сюда!? Я тебя предупреждал, но ты не восприняла меня в серьез….теперь ты последуешь за своим учителем…
Эл: не сегодня! – у нее в руках появился жезл и она отбила атаку Марко, - я пришла поговорить…..мне ничего от вас не нужно и я не хотела тебя огорчить, Джинн….а ты Марко, слишком вспыльчив и слеп! Тобой движет желание убить тех, кто встанет у тебя на пути, но ты даже не думаешь о последствиях……я ухожу…..и будь уверен, больше я вас не потревожу…
Выскочив за дверь, Эл бегом побежала к лифту, но не от страха или чего то подобного, а от отчаяния. Ей хотелось заплакать вместе с Джинн и что бы сдержать порыв она побежала так быстро, что предметы и люди проносились перед ней с фантастической скоростью. В это время Джинн вместе с Марко осталась в номере. Тот пытался ей объяснить свою точку зрения на счет ее появления, но она его совершенно не слушала. Она погрузилась в свои мысли и раздумья, желая понять смысл и правдивость того, что она узнала. Что то ей внутри говорило, что она должна была последовать за ней, остановить, снова посмотреть в глаза и сама убедиться в том, что она лжет. Но и другое, более сильное и до боли знакомое чувство тяготило ее грудь. В каких то минутах ей становилось даже трудно дышать от всплеска эмоций, которые перекрывали ей горло. Вроде бы, она многое пережила в жизни: и потерю матери, и семьи, и даже друзей. Она выбрала путь одиночки по жизни, которая несет на своих плечах тяжелый груз ответственности за тех, кто блуждает в этом мире и не может найти правильную дорогу. Тем самым она пыталась помочь им, направить, помочь…что в свое время не смогла сделать она, выбрав этот путь. Ее судьба была предрешена, и у нее не было иного выхода, как отдаться на ее волю. А что теперь? Сейчас что изменилось?! История, которая затронула ее сердце так глубоко, пролила свет надежды на ее будущее. Конечно, разум до сих пор не переставал бороться за то, что это всего лишь слова, что это наглая ложь и эта девушка, сторонница Зика, только усугубляет ситуацию. И ей это почти удалось. Пробьет час и она нанесет удар, которым сразит ее наповал, как пытался это сделать Зик, как пытались это сделать многие, не веря в правоту ее мысли и искренние намерения помочь.
Однако ничего подобного даже в мыслях у Эл не было, совершенно. Она уже давно забыла о идее Зика, о его неприязни к ней. Сейчас это совершенно не играло никакой роли. Если бы Джинн знала, как ей нелегко далось такое решение – признаться ей. Как же больно было ей тогда смотреть ей в глаза и видеть в них презрение и ненависть только потому, что она не с ними. Какая то часть ее души всегда хотела быть на стороне добра и справедливости, но, увы, пути назад тогда уже не было. Все было решено и сделано. Как тяжела жизнь. Никто не знает, каков человек на самом деле - что движет им в этой непростой жизни,? что он испытал в ней и почему? – это никого не касается. Главное, с кем он и что делает.
Громыхание за окном шпал о рельсы приглушали ее собственный внутренний голос. Порыв ветра, ворвавшийся в открытое окно, освежил ее лицо и слегка растрепал волосы. Однако даже он не смог высушить мокрые дорожки на ее щеках, по которым незаметно скатывались горячие слезы. Ее взгляд был затуманен. Она ничего и никого не видела, просто сидя на своем месте и смотря в пол, на котором уже давно была стерта краска.
Варианты ответов: