...

В кромешной тьме только журчание сочащейся где-то воды и покалывания в окоченевших пальцах ног помогали кое-как сохранять связь с реальностью. Тихо всхлипывая, Амели силилась рассмотреть хотя бы что-нибудь вокруг себя, но туда, где она оказалась, не проникал ни единый луч света, словно темница находилась в подземелье. Возможно, так оно и было – Ами понятия не имела, где она очутилась и каким образом. Она не знала даже, сколько времени провела здесь, разве что затекшее тело с онемевшими от холода руками и ногами подсказывало, что очень много. Очнувшись и поняв, что оказалась в беде, девушка долго рвалась из кандалов, сковавших руки, и, надрывая горло, тщетно звала на помощь. Теперь силы у нее остались лишь на то, чтобы тихо плакать от страха и безнадежности, сидя на холодном полу у леденящей спину стены. Что происходит? Недюжинными усилиями удавалось воскресить кое-какие воспоминания, но в голове стоял вязкий туман, и Амели не была уверена, что это именно воспоминания, а не обрывки сна. Виделись яркие вывески на уходящих в небо зданиях, пестрые тенты на узких рыночных улочках, сияющие крыши пагод на дворцовых площадях. А еще в память врезались сверкающие золотыми огнями глаза, тронутые усмешкой упрямо сомкнутые губы, сильное грациозное тело. Последнее, что помнила Амели – аэропорт, откуда она собиралась лететь домой в Париж. А дальше – пустота, небытие и этот мрак. Сколько это еще продлится? Ищет ли ее уже кто-нибудь? И что, в конце концов, произошло?

Варианты ответов: