Взгляд Рафаила был обращён на реку, а голос звучал отчуждённо, словно издалека. Казалось, он рассказывает какую-то легенду, а не собственную историю.
- Когда-то у меня была большая семья. Меня усыновили тётя и дядя, но они в полной мере заменили мне покойную мать, которую убили охотники. - Произнеся последнее слово, он со злостью и огромной силой силой швырнул в реку булыжник, с мрачным удовлетворением наблюдая, как расходятся круги по воде. - Мать я совсем не помнил - мне было два месяца, когда её не стало. Я был очень дружен с Рубеном, моим кузеном, мы были всегда вместе, словно сиамские близнецы. Когда мне исполнилось семь, тётя поругалась с дядей и забрала меня и Рубена на Аляску. Однажды ночью, дождавшись, когда вся семья уснёт, я выбрался из дома полетать, но Рубена с собой не взял - он, в отличие от меня, был послушным мальчиком, и не нарушал запрет родителей на полёты. Я решил исследовать малознакомую мне часть города, где я бывал редко, и помчался туда, проплывая над крышами по волнам прохладного ночного воздуха. Но в одном квартале меня меня кто-то заметил. Я решил, что это человек, и не обратил на него внимания. Но я ошибся. Это был Охотник. Он пустил в меня огненную стрелу, но промахнулся - я был слишком быстр. Тогда он протрубил в Охотничий рог, вызывая остальных, и я рванул домой, потому что даже в воздухе от Охотников не спастись - они тоже могут летать, когда материализуют крылья. Спасаясь от погони, я увеливал скорость и петлял, но их было слишком много. От испуга я плохо соображал, и потому сам же и выдал им наше убежище, приведя хвост. Я не успел ничего предпринять, как наш дом уже горел, а мою спящую семью застали врасплох. Самому мне удалось спастись, спрятавшись, но вся моя семья сгорела заживо в этом огромноя погребальном костре Охотников по моей вине. - Он закусил губу до крови, заставляя себя сдерживать слёзы.
Варианты ответов: