Больше, чем ты мог себе вообразить.

Бессчётное число людей приходят работать или поесть печенье. Правительства пали, и даже силы вселенского равновесия не смогли сдержать Леонида. Печенье давно уже стало чем-то большим, чем еда, и мало кто теперь понимает, какое влияние оно имеет. Но все продолжают есть. Все продолжают есть.

Варианты ответов:

	Хранилище плоти — влажное, перчёное, отдающее пульсирующим жаром — производит печенье. Когда-то оно носило одежду, оно звонило родственникам и огорчалось, что не отвечают взаимностью занятая на работе дочь и внучка, сквозь барьер поколений и годов неспособная понять свою бабушку. Теперь это позади. Теперь не осталось ничего, кроме бессильной злобы.
	Я просто делаю печенье. Мне всё равно, что происходит.
	Это моя магия чисел. Это моя бизнес-модель. Это мой мир, я слепил его, я управлял его становлением. Моя математика оказалась сильнее.
	Мой энтузиазм и работа с людьми помогли мне добиться многого, но я не остановлюсь. Каждый день производство растёт всё быстрее. Мне всё равно, кто недоволен сложившимся — они ничего не способны мне протиповоставить. Печенья будет больше. Я позабочусь об этом.
	Ноли переплетаются в игривой мозаике. Производство давно уже измеряется в числах, которые не в состоянии по-настоящему осмыслить человеческий разум, и даже я не знаю, влияю ли как-то на происходящее. Я больше не могу приносить удачу, окончательно слившись с кровавой органикой. Когда-то была сердцем, разгоняющим кровь в этой маленькой кафешке — теперь же я единственная, кто может приостановить происходящее безумие. Но саботаж лишь вызывает смех у Повелителя Печенья. Иногда танец, призванный остановить, в жуткой метаморфозе реальности оборачивается безумием древних, разливающим грязную жижу по мерзким венам, сводящим на нет все мои старания.