Девушка, не спеша открывать глаза, медленно кивнула.
- Если его признали наследником Вонголы, тут нет другого объяснения. В нем течет кровь Примо, так ведь?
Присутствующие застыли на манер восковых фигур, Только Фонг удрученно покачал головой.
- Именно, - Сильверс откинулся на спинку стула. - Кровь Примо... Кровь твоего отца.
Савада-младшая мало вразумительно что-то промычала, то ли показывая, что поняла, то ли требуя продолжения.
- Они встретились двадцать лет назад. Моника и твой отец, Емитсу. Роман был страстным и, чего уж тут, привлекающим к себе внимание. Наш отец, дон Леон, уже потирал руки в предвкушении, понимая, что начинающий Внешний Советник Вонголы будет идеальной партией для Моники. Та тоже не имела ничего против брака, тем более, что на второй год их романа выяснилось — она носит под сердцем ребенка Емитсу... Вот только к этому моменту твой отец явно поохладел к Монике. Сестрица, подозревая, что это не просто так, решила все проверить, и мы узнали, что в Японии во время очередного задания Емитсу встретил одну девушку.
Антонио сделал паузу, вздохнул, с тоской посмотрел в сторону окна.
- Я все понимаю, но можно закурить? - почти умоляюще поинтересовался он. - Меня всегда, когда я нервничаю, курить тянет...
- Окно открывается на себя, - негромко произнесла хозяйка комнаты, слабо махнув рукой в сторону выше обозначенного.
Хранители Тсунаеши пристально следили за тем, как бывший Даббио открывает окно и закуривает, прикрыв глаза. С особенным интересом за мафиозным деятелем следил Хибари, все еще, видимо, не определившийся, будет он забивать этого человека до полусмерти, или же нет.
- В общем, - выдохнув струю сигаретного дыма, вновь заговорил Антонио. - Той девушкой была твоя мать, Тсунаеши-чан. И, насколько я понял, в этот раз дело было посерьезнее случайного затягивающего романа, хоть в это и трудно поверить. Уже спустя месяц после знакомства с Наной Емитсу сделал ей предложение... и, откровенно говоря, теперь я понимаю, почему. Моника и Нана — как огонь и вода. И, признаю, сестрица моя на фоне твоей матушки выглядела уже тогда несколько проигрышно. Урожденная авантюристка, интриганка до мозга костей, вспыльчивая и порою откровенно агрессивная... Хах! Моника тогда рвала и метала, невзирая на свое положение. Отцу, конечно, было досадно, но надавить на Емитсу, даже имея такой козырь в рукаве, как еще нерожденный ребенок, он не мог. Вонгола всегда... была довольно-таки жестока на расправу. Да и принципы их... Ну, вы понимаете, - Антонио снова затянулся. - Семья Даббио не стала предъявлять никаких требований либо шантажировать Внешнего Советника Вонголы, мы вообще залегли на дно... Очень глубокое дно. Моника и отец ждали, наблюдали, присматривались. Альфонсо рос в атмосфере постоянной интриги, впитывал это в себя, как губка. Я ничего поделать не мог, хотя уже тогда и начал подозревать, что задумали мои дражайшие родственнички, - эти слова Сильверс почти процедил сквозь зубы. - А потом... Когда тебе, Тсунаеши-чан, исполнилось десять лет, Моника явилась в штаб CEDEF и объявила ошарашенному Емитсу о том, что у него есть сын.
Фонг опасливо покосился в сторону Тсуны, но та держалась молодцом... Если только так можно выразиться. Девушка неподвижно продолжала лежать в одной позе, положив руки на грудь, и чем-то напоминала свежеиспеченного покойника. Лишь ветер из открытого окна лениво шевелил её волосы.
Зрелище завораживало и пугало одновременно.
- Альфонсо был сильным мальчиком. Его с малолетства привлекли к мафиозным делишкам, обучали игре и управлению Пламенем, которое с усердием в нем развивали. Естественно, что Тимотео, рассмотрев потенциал Альфонсо, всерьез задумался над его кандидатурой на пост Десятого. Однако, - мужчина красноречиво посмотрел в сторону внешне апатичной Савады-младшей, - ты тоже была кладезем талантов. Уже в пять лет твое Пламя ни в чем не уступало Пламени самого дона Тимотео, что, казалось бы, было невозможно, а потому терять такого «кадра» в Вонголе не хотели. Да еще и ситуация с Занзасом, - бывший Даббио запнулся.
- Вы хотите сказать...
Хранители Тсуны настороженно покосились в сторону своего Неба, как и её учитель. Шатенка медленно открыла глаза, в шоколадной глубине которых мерцало янтарное пламя.
Пламя, изредка полыхающее белоснежными искрами.
- Вы хотите сказать, что Вонгола... - девушка недоговорила, оставив это право за Антонио, и тот, поняв, лишь выдохнул в наступающую ночь облако сигаретного дыма.
- Да. Прости, возможно, мне и не стоит этого говорить, но... Вонгола использовала тебя с самого начала.
По помещению пронеслась странная волна энергии. Не того теплого Пламени, которое всегда испускала Тсунаеши, когда между её друзьями (в частности, между Хибари и Гаммой), возникали какие-то разногласия, или же когда кто-то из них был в подавленном состоянии. Эта сила была, скорее уж, величественно-жестокой, равнодушной ко всему и вся... призванной судить и выносить приговор.
Фонг нахмурился и положил свою ладошку на руку ученицы, благо сидел он рядом с ней. Аркобалено сразу же ощутил, как подрагивают пальцы девушки.
Она действительно хорошо держится, его милая, добродушная и по-прежнему чистая душой ученица...
И, несмотря ни на что, не сломается.
Он... очень надеялся на это.
- Значит, поиск Хранителей... Инцидент с Рокудо Мукуро... И треклятый Конфликт Колец... - пока Савада медленно говорила, её Хранители опасались пошевелиться, буквально завороженные струящейся по комнате энергией.
- Да. Все это было призвано не только проверить твои способности, но и обеспечить будущее Альфонсо, если он все же окажется более желательным кандидатом на пост Дэчимо.
- Стоп, стоп! - вмешался очнувшийся от чужого воздействия Шоичи: парень демонстративно тряхнул своим ноутбуком, показывая открытую страничку с символикой Вонголы. - Вот прямо сейчас по этому вопросу в их архивах шарю... И ничего подобного там нет!
- Ну, они ж не идиоты — так палиться, верно? - невесело усмехнулся Сильверс, щелчком выбрасывая окурок в окно. - Тем более после того, как кое-кто несколько раз подряд взламывал их сервер. Эта информация дана лишь в печатной версии, все электронные копии удалены.
Варианты ответов: