- Мой народ называет это « »*.
На присутствующих впечатление оказали лишь интонации, с которыми Фонг произнес это странное название. Ну, и выражение его лица — такое могло бы быть у искренне верующего человека, который нашел прямое доказательство существования своего божества.
- А по-японски? - кашлянув, несколько кощунственно осведомился Шоичи.
Аркобалено с тихим вздохом покачал головой, предварительно смерив рыжеволосого молодого человека взглядом разочарованного наставника. Ирие едва заметно покраснел, но взгляда не отвел: несмотря на то, что он уже пару раз бывал в Китае в связи с их путешествиями, ни Солнце, ни кто-то другой из их компании китайский язык так и не выучил. Лишь несколько фраз, жизненно необходимых в Гонконге, — вот и все, что они знали.
Так что сейчас на Фонга выжидающе взирали несколько человек, включая очнувшуюся Тсунаеши, Фууту, который присоединился к их собранию ввиду своего возраста и осведомленности в мафиозных делах...
И того, кого еще недавно все они знали как «Тони».
Тсуна пришла в себя уже на пороге своего дома, причем совершенно не удивилась тому, что находилась на руках у «Тони», на которого бросали нехорошие взгляды её друзья. Напротив, девушка улыбнулась, чем повергла вышеупомянутых в смутное подобие шока, и сама солгала своей матери, выглянувшей на шум и обеспокоенно взмахнувшей руками, что мужчина, кой с легкостью держал её на руках, был доктором и помог, когда ей стало плохо. Только после этого обычно добродушная и доверчивая Нана согласилась пропустить темноволосого в дом.
Забавно, но уже в комнате Тсунаеши выяснилось, что «Тони» и в самом деле являлся доктором, причем весьма квалифицированным. «Сгрузив» девушку на кровать, он бегло осмотрел её и заверил как волнующуюся Нану, так и активно поддерживающих спектакль Хранителей Савады-младшей, что «с девочкой все будет в порядке, но ей нужен покой». Выдохнув, домохозяйка тут же вынудила «Тони» остаться у них, пообещала чая со сластями и стремительно покинула комнату дочери, спустившись вниз.
Именно поэтому женщина была лишена возможности ощутить ту атмосферу, коя воцарилась в спальне Тсунаеши сразу же после её ухода.
Прежде, чем узнать у Фонга, что же они видели за «звезду» на лбу Тсуны в парке, Хранители решили все же разобраться, кого привели в обитель своего Неба, благо «Тони» не собирался убегать или же отмалчиваться. Однако нужно было видеть лица присутствующих (включая Фонга), когда мужчина со слегка виноватой улыбкой поднялся со стула и, прижав руку к груди, негромко произнес:
- Мое имя — Антонио Сильверс... И я из семьи Даббио.
Гамма подавился заготовленной фразой. Фуута же, словно получив какой-то только ему понятный сигнал, моментально достал из-под кровати Тсуны (девушка еще долго потом косилась в сторону своего названного младшего брата) свою известную Книгу Рейтингов и, открыв почти на середине, размеренно прочитал:
- Антонио Сильверс. На пятнадцатом месте в рейтинге стрелков. На третьем месте среди врачей, связанных с мафией. Десятый среди мастеров рукопашного боя. Второй в списке преданных своему Боссу... Эм... - неожиданно Фуута запнулся и нахмурился. - Вы на последнем месте в списке членов семьи Даббио, которые имеют влияние на Босса, мистер. А, с учетом вашего места в списке «Преданность», это слегка...
- Странно, - закончил за «Звездного Мальчика» Гамма. - Н-да... Не соизволите ли объяснить, сеньор? - по сложенному кию Электро пробежали изумрудные искры.
Антонио грустно усмехнулся, прикрыл на миг глаза.
- Странно, говорите?.. Да не сказал бы, тут вовсе нет ничего странного, - мужчина вздохнул. - Я официально покинул семью год назад.
На несколько минут в помещении воцарилась оглушающая тишина. Было слышно, как внизу гремит посудой Нана, лает в соседнем дворе собака.
Первым решил высказаться Гамма.
- Хм. Нежданчик, однако же, - задумчиво протянул итальянец, потирая переносицу. - И что же вы, а?
Сильверс хмыкнул.
- Скажем так... Мне не ахти как понравились мировоззрения, которые начали преобладать в семье.
- И все? - скептически приподнял одну бровь Шоичи, уже открывший свой неизменный ноутбук: не стоило даже гадать, с какой именно целью.
- Нет, - Антонио на мгновение закрыл глаза, словно решаясь, после чего выдохнул: - Я узнал, что последние три года по приказу моего племянника ведется охота на Саваду Тсунаеши в обход официального решения Вонголы оставить её в покое, поэтому...
- Воу, воу, воу!
Присутствующие удивленно уставились на выставившую вперед руки Бьянки. Обычно женщина себя так не вела, предпочитая молчать, слушать и делать выводы.
- Твоего - кого? - уточнила Ядовитый Скорпион у Сильверса ускользнувшую от остальных деталь. - Племянника?
На бывшего члена семьи Даббио уставилось несколько пар глаз. Тот же только хмыкнул и кивнул, подтверждая.
- Да. Альфонсо Даббио — сын моей старшей сестры. Следовательно, мой племянник.
Кея странно усмехнулся краем рта, покосился в сторону задумавшейся Тсунаеши: та лежала на кровати неподвижно, закрыв глаза.
- Мне тут что-то так внезапно узнать историю вашей семьи захотелось, Антонио-сан, - подал голос до сих пор сосредоточенно молчавший Базиль. - Не поделитесь?
- Подожди минуты две, и я вам всю подноготную Даббио выдам, - ничуть не стесняясь присутствия «Тони», уведомил Дождь Шоичи, с бешеной скоростью долбя пальцами по клавиатуре.
- Нет, Шо. Пусть сам расскажет, - бывший ученик Внешнего Советника Вонголы поджал губы. - Откровенность за откровенность. Именно это ведь является залогом обоюдного доверия, не так ли?
Ирие промолчал. Только снизился темп как мельтешения его пальцев над клавиатурой многострадального ноутбука, так и сопровождающей оный дроби.
- Справедливо, - вновь хмыкнув, протянул Антонио. - Что ж... Полагаю, Тсунаеши-чан, ты уже поняла, кем является Альфонсо, так ведь?
Варианты ответов: