Они прибыли на место назначения раньше остальных, за исключением элиты тройки отрядов: капитан Укитаке разговаривал с главнокомандующим, рядом стоял, внимательно слушая, Кеораку; лейтенанта Кучики видно не было, также как Сасакибе и Нанао. Такара, приметив это, быстро скрылась в шумпо.
Айзен, не обрати на это никакого внимания, быстрым шагом направлялся к коллегам…
«Срочно явится в западный Руконгай, лес за восьмидесятым округом. Оставляем за капитанами право взять с собой лейтенанта и старших офицеров»
Такара носилась по лесу, рискуя врезаться в дерево; где-то рядом ощущались реацу коллег, но более – пустых. Помимо этого территорию будто покрывалом, окутала странная, страшная, тяжелая духовная энергии, очень необычная и запоминающаяся. Охаяси уже раз ощущала такую – в тот день они зашивали Гарганду в Мире Живых. Девушка, как и остальные фукутайчо, выслеживала монстров – ведь их задача прочистить местность, и чем быстрее, тем лучше; именно поэтому в выходной день выдернули их, а не дежурный отряд.
Замерла, почувствовав врага в нескольких метрах от себя. Интересно, из этой схватки ей удастся выйти без царапин?
Серое тело, огромные лапы, гора мускул, горбатая спина, челюсти; оно нервно рыкнуло, завидев шинигами, и тут же поспешило атаковать. Неужели думает, будто у него есть шансы?
Во внутреннем мире раздался тихий смех.
«Разума у них, может, и нет, - шепатала Хосикудзу обволакивающим сознание голоском.- А животные инстинкты не упрятать…Я передумала. Зови меня»
-Нет, - вслух ответила офицер.- Не надейся….
«Глупости, - фыркнула, отвернувшись.- Ты хоть помнишь, как пользоваться шикаем?»
В данный момент, отрываясь от земли и нанося удар противнику, Охаяси хотелось не только победить, но и заткнуть свой духовный меч: она опять нашла время и место для разговора.
«Яркие лучи…Озарите мглу…»- слышалось ее напевание, буквально с ума сводящее.
Такара чудом уворачивается от атаки, перехватывает катану – она одинаково хорошо… Хорошо?!.. сражалась как правой, так и левой рукой.
«Давай же, - настаивает она, - позови меня…Я хочу… Пролить эту кровь…»
Удар. Разворот. Удар. Перехват катаны. Еще удар.
Пустой, развалившись на две части, замертво падает на землю.
Густая, дурно пахнущая, темно-бордовая кровь покрывает траву, камни, впитывается в землю… Тварь рассыпается на духовные частицы, оставляя после себя лишь неприятные воспоминания.
Хосикудзу усмехнулась, в глазах дьявольским пламенем сверкнул недобрый огонек.
-Прекрати, - прорычала русоволосая, чувствуя панический страх.
«Хорошо, - смеется зампакто.- А всего тридцать лет назад ты оборачивалась, намереваясь разрубить пустоту…»
Существо медленно шло, не разбирая дороги, не видело ничего вокруг себя: голод, раздирающий изнутри, жажда по духовной энергии охватило его. А вокруг.. Эта реацу…
Зверь облизнулся. Как сладко, как заманчиво и вкусно все вокруг пахнет! Где же, где это сладости, вкусности, обладатели такой энергии? Где достойные быть съеденными, где эти лакомства? Он уже был вне себя от радости, предвкушая, как кусочек за кусочком погложает добычу, как приятен и нежен вкус, как… как…
Тварь зарычала, слюни капнули на траву.
Бойтесь. Адьюкас вышел на охоту.
-Кучики-фукутайчо! Как вы?- она подлетела к черноволосой, обеспокоенно смотря на девушку. Рукия, отозвав шикай, заверила:
-Все в порядке, не стоит, - и подняла глаза туда, где еще секунду назад валялась огромная туша.
-Их много, -невесело усмехнулась Охаяси.- Лучше держатся вместе…
Брюнетка кивнула, и хотела было убрать катану в ножны, как вдруг…
-Это реацу….
-Двое, - эхом отозвалась Такара. И продолжила уже решительнее.- Мой – левый.
Уходя, она заметила краем глаза, как девушка вновь звала свой зампакто.
-Танцуй…
Духовная энергия, манящая, как глоток воды путника пустыни, тянула чудовища за собой. Нет, это даже не глоток.. Целый колодец сладкой реацу, за который адьюкас сейчас готов продать душу.
-Мммм, - протянул, чуя, как предмет страстного желания сам направляется к нему.
Она замерла, с интересом разглядывая будущего соперника: что перед ней, Охаяси знала только теоретически. Когда-то в Академии, на одном из предметов они разбирали эволюцию пустых: сначала скитающаяся душа, которую еще можно спасти; потом пустой; затем менос; после адьюкас; и, наконец, аранкар. В данный момент перед ней стояла предпоследняя стадия, судя по реацу которой, достаточно сильная.
А если верить взгляду – голодная.
«Одной мне не справится, - на ходу соображала, не сводя с пустого глаз.- Но с иной стороны, эта тварь должна подчинятся не только инстинктам, но и немного разуму….»
«Позови меня, - шепчет катана, умоляя.- Я хочу испить его кровь… Он так сладок…»
«Охота на охотника», - мысленно усмехается, извлекая из ножен меч.
При обычных условиях Хосикудзу ничем особенным не выделялась – узор, являющийся переплетением контрастных нитей, узор, немного напоминающий индийский.
- Очаровывай, Хосикудзу, - гарда рассыпалась на духовные частицы, перестраиваясь в более замысловатый узор. Лезвие сверкнуло, и тут же «притихло»: она часть его стала угольно-черной, а вторая -белой, как первый снег. Тонкая линия красного цвета протянулась по всей длине меча. Убедившись, что все прошло, как надо, офицер продолжила.- Яркий свет, озаряющий небо. Небесный Ад из белого золота. Обжигающие лучи тысячи созвездий. Смейся, райская колдунья…
При высвобождении шикая многие попадали во власть шинигами мгновенно; зампакто гипнотизировала противника, готовясь пробраться в сознание. Несколько техник, каждая особенная, все объединены действием на разум. Сопротивление бесполезно, если ваша реацу, конечно, не в два, а то и три раза больше духовной энергии Охаяси. Адьюкас, уже завороженный, просто стоял, ожидая своей участи.
Офицеру оставалось лишь быстро подлететь, разрубить тварь на части, и… и упасть на землю рядом с бездыханным телом, буквально задыхаясь – техника, только что применяемая ей, тратила безумно много сил.
Духовная энергия быстро восстановилась, шикай ушел; девушка приподнялась на четвереньки, а затем встала на ноги, отряхнув форму. Будто ничего и не было. Странно, но так: если долгое время не использовать зампакто, тело, непривыкшее к затратам энергии, просто перестает слушаться.. благо, не на долго. Это как в спорте – пропустишь тренировку, другую, и потом раз – от стометровки тело ломит, чего не было никогда в жизни.
Хосикудзу говорила: нагнав банкай станет легче. Наверное, эта была одна из многочисленных причин, из-за которых Охаяси пыталась получить вторую форму высвобождения.
Казалось, ее меч совершенно обычный, но самому офицеру думалось, будто эта катана с подвохом. Вероятно, то было из-за мерзкого характера зампакто.
Варианты ответов: