...

Время позднее, а из-за погоды сумрак спустился еще быстрее, чем обычно. К счастью, Хинамори чувствовала себя гораздо лучше, и, по словам ее доктора, должна буквально на следующей неделе вернутся в строй. Вопреки словам врачей, ее лечение заняло не «пару месяцев», а всего каких-то две недели. Еще немного – и девочка придет в норму.
-Не беспокойся так, - хмыкнула Такара, смотря на брюнетку.- Отдыхай пока, поправляйся.
-Спасибо, - робко улыбнулась Момо.
Русоволосой ничего не оставалось, как попрощаться и уйти: она уже поделилась с шинигами всеми важными новостями, поболтала о том о сем, и даже выпила чашечку чая.
Итак, ее мысли, с самого начала показавшиеся глупостью, ей и оказались: капитан не попал в лазарет, внезапно заболев. Может, попробовать в очередной раз наведаться к нему домой? Чаще всего он провожал ее до спального корпуса, а сам направлялся в поместье - по пальцам можно пересчитать дни, когда он ночевал в капитанской комнате. Значит, вероятно, он там.
Она остановилась, задумчиво уперев руки в бока. Отношения в последнее время разладились, но.. Вдруг на самом деле что-то стряслось? К тому же, они друг другу не чужие люди, и она вполне может зайти к нему вечерком.
Неожиданно вспомнив, чем закончилась подобное пару днем назад она поморщилась –не хотелось повторения сценария. А с иной стороны, что терять?

***
Офис десятого отряда,
кабинет Мацумото Рангику.
21-08

-Мальчики, - пропела рыжеволосая красавица, извлекая из шкафа бутылку божественного горячительного напитка – авамори. Саке, уже немного набившее оскомину, было отставлено подальше, а это…Лейтенант мечтательно закрыла глаза, предвкушая новый вкус.- Давайте быстрее!
-Рангику-сан, мы идем! – в голос отозвались вечные собутыльники, Кира и Хисаги. А потом ввалились в комнату, довольные и улыбающиеся, с парой бутылок и какой-то закуской.
-Нет, нет, нет! – рыжеволосая, красиво покачивая бедрами, двинулась к друзьям.- Никакого саке не будет! Мы пьем авамори!
И, шутливо пригрозив пальцем, забрала бутылки. Когда, наконец, собутыльники удобно расположились, и первая – но далеко не последняя! – бутылка открылась, по комнате туманной дымкой разлился аромат алкоголя, а первые пару стопок были опусташены, Рангику, задумчиво смотря на принесенный Изуру мешочек, спросила:
-Кира-кун, что это? – девушка разглядывала прекрасный восточный узор, поражаясь, где в Сейретее можно разыскать такую красоту. В основном на местных рынках встречались лишь вещи, характерные для средневековой Японии.
«Не то, что в Мире Живых», - с горечью подумала красавица, ожидая ответа.
-Капитан отдал, - пожал плечами блондин, пожимая плечами.- Ему подарил кто-то.
-Капитан? –удивилась красавица, ушам своим не веря, - ну-ка, дай попробовать…
-Э, - протянул Изуру,- да, конечно!
-Дай сюда, - Хисаги, опрокинув очередную стопку внутрь, бесцеремонно зацепил горсть конфет, и позже, быстро развязав одну, сунул в рот.
…Рядовой, проходивший мимо кабинета лейтенанта Мацумото, так и не понял, к чему был диких хохот и хрипы мужским голосом «{censored}, хватит ржать».
***


Его дом отличался от остальных капитанских поместий, раскинутых на территории города Проводников Душ. Конечно, были разные: большие, маленькие, шикарные и скромные, старинные, и построенные совсем недавно, но таких не было.
Айзен обожал выпендриваться. Наверное, это можно было отнести к его главным качествам – любовь выставлять все напоказ, шокировать, удивлять. Ему нравилось быть предметом сплетен, обсуждений, в центре внимания… Он получал от этого удовольствие, хотя не особо нуждался в мнении толпы.
Сам особняк находился в центе участка, а вокруг - огромный сад с множеством небольших прудиков, мостиков, беседок и извилистых каменных дорожек. Еще одной особенностью, очень яркой и занимательной, были статуи диковинных зверей, расставленные повсюду. Разные, и большие и малые, и красивые и ужасные, сейчас, в темноте, они впечатляли до мурашек.
-Не ожидал, что ты придешь, - хозяин дома уже давно заметил постороннюю реацу, и теперь стоял на террасе, ожидая, когда ночная гостья приблизится.
-Я тоже, - честно призналась девушка, остановившись в нескольких метрах от него.- Я беспокоилась…
-Что-то не так? – поинтересовался тайчо, облокотившись на перила.
-Тот же вопрос, - хмыкнула, разглядывая друга. Вид у него был какой-то.. потрепанный, что ли?
-Неужели думаешь, будто я отвечу,– это был не вопрос, и даже не попытка удивится. Просто реплика, кинутая очень усталым голосом.
-Хватит, -попросила, все-таки решившись подойти к нему. – Я же прошу тебя рассказать мне все в подробностях, - подошла сзади, прибоняв друга, голову положила на спину.- Я же тебе не только подчиненный, в конце концов.
-Что ты хочешь от меня услышать?
-Ой, молчи лучше, - поморщилась девушка.- Не хочешь говорить, я начну.

…-Поздно уже, - пожала плечами Такара, залпом допивая чай.- Я пойду, наверное…
-Куда-то торопишься?
-Скорее, не горю желанием заснуть прям здесь.
- Поздно уже, оставайся.
-Я разве говорила, что пойду в спальный корпус отряда? – вскинула бровь, задорно глядя на Соуске.
-Вот как? Тогда давай провожу.
Охаяси лишь хмыкнула:
-Можно подумать, я не помню, где гостевая спальня.
-Вообще-то, я сделал небольшую перестановку, - он сидел, подпирая щеку рукой, чуть ли не засыпая – во-первых, они опять засиделись допоздна, а во-вторых, он сегодня и так устал.
Коридоры, комнаты, лестницы… Несколько минут, и вот они уже в гостевой спальне.
-И все же, что ты хотела мне сказать? –поинтересовался Айзен, открывая седзи. Всегда есть стадия между «спать хочу безумно» и «просижу до утра». Кажется, у капитана пятого отряда только что началась вторая. Они опять заболтались на отвлеченные темы, совсем не обсудив дела отряда.
-Я у Хинамори днем была, - кинула, доставая из осиире спальное юката, ее собственное, уже черт знает сколько времени здесь «живущее». Охаяси знала, что где лежит в этом доме, где какая комната и что стоит на третьей полке в шкафу его кабинета. Усмехается – друзья, просто друзья.
Он молчал, ожидая продолжения ее рассказа, тем временем всматриваясь в ночной сад. Странная погода – днем тучи, а к ночи небо вновь проясняется, открывая взору умирающую луну и тысячи неизменных звезд. В небольшом пруду, видневшимся очень хорошо, чем-то тяжелым, и, кажется, вязким, стояла неподвижная вода. В ней – отражение черных деревьев и белых-белых светил.
«Солнце мертвых, »- неизвестно к чему припомнил Соуске.
-Она уже поправилась, - пожала плечами, снимая верхнее косоде, - говорят, скоро в строй вернется.
-А точнее?
-Откуда я знаю? – отмахнулась, продолжая переодеваться. Русоволосая вообще не думала, что находится в одной комнате с мужчиной; он, кажется, был ей не больше подруги.
-Ты с ней разговаривала?
-А какое это имеет значение? – передразнивает его тон, аккуратно складывая форму в шкаф.
-Нарываешься, - усмехнулся капитан, обернувшись к девушке.
-Ты действительно думаешь, что я на такое способна? – садится на кровать, продолжая дразнить словами. Интересно, долго протянет?
-А разве не так? – вопросом на вопрос, любимая стратегия. Немного подумав, шатен все-таки задвинул седзи, скрыв от глаз манящий пейзаж. Такара игриво изогнула бровь, скрестив руки на груди. Молча смотрела, как он подходит, как садится рядом. – Почему ты молчишь?
-А разве стоит что-то говорить?
-Я задал тебе вопрос- повторять не буду.
-Мог бы уже понять, что я не собираюсь отвечать, - хмыкнула, резким движением повалив его на кровать.- Сколько можно? Ты ведь на мои не отвечаешь.
Такара почти сидела на мужчине, уперев руки в плечи. Карие глаза, в которых по началу промелькнул испуг, сейчас смотрели все так же холодно и бесстрастно. Или же в них на миг проскочили игривые искорки?
-Что ты делаешь? – усмехнулся, приподнимаясь на локтях.
-А разве не ясно?
...Стоя на краю обрыва мы боимся упасть, вместо того, чтобы смело шагнуть в небо. Как бы то ни было, одно движение, и цепочку последствий уже не остановить. Одно за другим, эффект бабочки, снежного кома.. Как его не обозвать, суть от этого не меняется. Иногда всю жизнь меняет минута. Иногда – один шаг.
-Почему ты отстранилась?
…И, кажется, все к этому катится. Нет, не так… Все к этому ползло пришибленной черепахой на протяжении многих лет; они ничего не хотели менять, удобно было обоим. Но старая система вот-вот грозится рухнуть, уже дала первые трещины.

«Сколько прошло с того момента, как я заступила на должность? Неделя, две? И ты ни разу нормально не поговорил со мной – как это понимать?! Черт возьми, сколько можно? Ты стал видеть меня только как своего подчиненного, не более!»

Что делать, как быть? Развернутся и уйти, боясь упасть – и тогда даже потерять шанс научится летать – или рискнуть, и кинуться в ущелье?
-Ты ведь этого не хочешь, верно?
Дыхание участилось, девушка вновь приблизилась к шатену. Она боялась, как никогда в жизни. Даже задыхаясь в омуте собственного внутреннего мира ей не было так страшно, как сейчас.
-Ты хоть понимаешь, на что меня подталкиваешь? –и, не дожидаясь ответа, осторожно прикоснулась к его губам.
Соуске слегка улыбнулся; конечно, понимал.
Такара, не заметив ни доли сопротивления со стороны капитана, осмелела: сильнее оперлась на плечи, уже вовсе не думая о последствия, страстно покрывает лицо и шею поцелуями, вновь впивается в губы, такие мягкие и податливые сейчас…
-Нет, не так, - попытка обнять русоволосую с треском провалилась: девушка попросту завела его руки за голову, сольно стиснув запястья. Конечно, он бы легко вырвался, если... Если бы хотел.
Ему нравится происходящее: и ее губы, и руки, и темп, и это легкое доминирование… Интересное, многообещающие начало.
А Охаяси просто переклинило. Она не отдавала себе отчета в действиях, просто поддалась желанию, выкинув из головы факт многолетней дружбы. Одно движение, и уже не остановить; снежный ком, шаг в небо. Этот человек никогда не принадлежал ей, да и что врать, никогда ее не станет. Но сейчас, этой ночью, есть только он, она и одно желание на двоих…

-Ммм, Такара, - в полудреме простонал мужчина, чувствуя прикосновения губ к груди, животу, плечам… Пальца дразнящими движениями пробегались по телу, от чего становилось немного щекотно.
-Молчи, - попросила русоволосая, покрывая поцелуями лицо.- И вставай,- заключила, чмокнув в губы, поднялась с кровати.- Мы и так построение проспали…
-Я капитан, - лениво напомнил Соуске, наблюдая, как офицер открывает седзи,- мне можно не ходить… А вот тебя ждет выговор…
И, пробежавшись взглядом по любовнице, уточнил:
-Очень жесткий выговор…
-Сегодня выходной, не моя смена, - потянулась, смотря на сад. Он опять повелся на вранье.
-Тогда зачем ты меня разбудила? –сел на кровати, сонно потерев лицо рукой, а затем принял любимую позу, подперев щеку.
-А чтоб не привыкал к хорошему, -хмыкнула, сладко зевая. Что ни говори, она сама ни черта не выспалась. Но не одной же Охаяси мучится!
-Ты в самом деле заслуживаешь выговора, - пошло ухмыльнулся, пожирая девушку глазами. Видно: ночи ему было мало, хотелось еще, и не раз, сон сняло, как рукой…
-Даже так?- подхватив, игриво усмехнулась девушка, явно будучи не против продолжения. –И что же вы сделайте, Айзен-тайчо? – медленно подходила ближе, а оказавшись вплотную, взяла за подбородок, чуть закинув его голову назад.- Заставите меня отправиться в патруль вне очереди, или, может быть, добавите пару ночных смен?
Он ничего не ответил, прикрыв глаза. Девушка стояла, запустив свободную руку в волосы, гадая, что он замышляет, а через секунду вскрикнула от неожиданности, резко оказавшись под ним.
Без слов, без лишний движений, мужчина медленно заводит ее руки за голову, как делала сама Такара ночью, скользит языком по шее, оставляя мокрую дорожку. Чувствует, как она вновь готова отдаться ему, как извивается тело, слышит, как тихо и протяжно она стонет…
-Ты чего? – удивляется, когда он резко останавливается. И тут же замолкает, смотря на летящую к капитану бабочку.
-Пошли, -говорит он через полминуты, резко вставая с кровати. Охаяси лежит еще несколько секунд, а потом, начав догадываться, в чем дело, вскакивает, начиная собираться.

Варианты ответов: