- Вот это настоящая усталость, - подумала я, выходя из раздевалки. Ради этих мгновений в воздухе можно всё, что угодно сделать.
Тело приятно ломило, и я предвкушала спокойный и глубокий сон. Только вот сначала надо было дойти до спальни.
- Эй, Райт, - сказала Ванесса, - ты была такая счастливая там, на небе. Что, повелителя увидела? – и остальные засмеялись.
Я вздохнула.
«Ты на земле», - напомнило сознание, и кошмар снова начался.
Трава за эти полтора часа стала еще влажнее, и черные кожаные брюки блестели от росы, когда я вошла в замок. Открыв тяжелую дубовую дверь, я шумно вдохнула. В школе пахло уютом и домашними заданиями. После свежего ночного воздуха этот запах поражал.
В коридорах было пусто. Только где-то невдалеке шла, посмеиваясь, остальная гриффиндорская команда.
- Лина! – крикнул Джеймс. – Подойди сюда!
- Зачем? Чтобы услышать очередную дрянь? – прошептала я, но остановилась, дожидаясь остальных.
- Ты действительно садилась на метлу только на первом курсе? – спросил меня Джеймс.
Все остальные замедлили шаг и прислушивались к разговору.
Я вздохнула и закрыла глаза.
Первый курс – я усердно посещаю все уроки по полётам и мечтаю играть в команде. Второй курс – отчаянно болею за команду и хожу на все матчи. Третий курс – пустота. На третьем курсе пришло одиночество, а вместе с ним и апатия ко всем школьным событиям.
Соревнования? – не была ни на одном из них. Балы? – даже и не пыталась туда попасть. Хогсмид? – ходила только для того, чтобы отправить почту родителям. Правда сейчас я стала гораздо чаще туда ходить. Всё-таки там много интересного.
- Да, - уверено ответила я Джеймсу и положила руки в карманы мантии.
- Ты хорошо летаешь, - улыбнулся Джеймс.
- Спасибо, - буркнула я и уставилась на свои ботинки.
Даже не поднимая глаз, я поняла, что Джеймс нахмурился. Его удивила моя реакция. Что ж, на его месте я бы тоже удивилась. В небе смеётся и радуется, а на земле наоборот.
И всё же, это была снисходительность. Малышка Райт хочет поиграть? Что ж, предоставим ей такой шанс.
- Увидимся завтра, - сказал Джеймс и с удвоенной скоростью поспешил по направлению к гостиной.
Я на секунду остановилась. Это был такой хитрый план? Сейчас, когда Джеймс ушел…
- Эй, что это у тебя в кармане? – Ванесса выхватила бумагу из под моей руки.
Что за…? О боже. Я вспомнила, что это. Отчаяние. Моя голова, лежащая на кафельном полу.
Попытка выхватить бумагу не увенчалась успехом. Ванесса развернула ее и начала рассматривать. Недобрая улыбка появилась на ее лице.
- Отдай, - твердо сказала я, и протянула руку к листу.
- Попробуй, забери, - поддразнила ее гриффиндорка.
И началось.… В такой забаве, наверное, участвовал каждый. Ты метешься от одного человека к другому, пытаясь отобрать нужную тебе вещь, а они смеются, смеются. Щеки твои уж пылают огнем, ты спотыкаешься, задыхаешься, а они все так же весело скачут вокруг тебя.
- Попробуй, забери!
Их смех стучит у тебя в ушах, нет уже никаких сил, ты готов упасть на колени и просить, только чтобы это закончилось. И они отдают тебе этот несчастный листок и удаляются, вспоминая лучшие моменты «Игры».
- А ты видел, как она посмотрела?
- Ага, а потом как прыгнула.…
И ты сидишь на холодном каменном полу, прижав руки к глазам, и даже не плачешь.
Варианты ответов: