Но Мелло не из тех, кто станет так шутить. Да и выражение его лица мне не понравилось сразу…
К горлу подкатил вполне ощутимый ком, а по спине забегали муражки, словно от внезапного сквозняка. Нервно сглотнув, я зачем-то ухватила Мелло за рукав. Парень не возражал – ему наверняка было вполне понятно мое поведение…
Не успели выбраться из одной передряги – а тетушка Фортуна уже радушно подготовила на нашем пути новую!
- И что нам делать? – задала я самый тупой вопрос, который можно было бы задать в сложившейся ситуации. Мелло только зыркнул на меня, но ничего не сказал, отвернулся, прислушиваясь: из динамиков снова раздался тот же мерзкий голос. Он проворковал что-то с явной насмешкой; по салону уже вовсю слышались разномастные ругательства, пассажиры пришли в оживление, рискующее приобрести опасные масштабы… Но тут, безо всяких предисловий и шума, в салон прошли несколько рослых субъектов с азиатскими физиономиями, в дорогих костюмах и с револьверами наизготовку. Ни в кого конкретно они не целились – очевидно, их задача состояла в том, чтобы навести порядок среди пассажиров, пока те не опомнились и не попытались оказать сопротивление. Пассажиры, как по команде, затихли, но весь воздух в салоне, кажется, нервно пульсировал от всеобщей беззвучной злости.
Я лихорадочно пыталась вспомнить все, что мне доводилось слышать о подобных историях с захватами самолета. Обычно захватчики делали это с целью требовать что-то от правительства, а наличие заложников придавало их требованиям некоторую весомость. Но сейчас явно не тот случай – кого в правительстве станут беспокоить смерти такого количества криминальных авторитетов? Наоборот, управленцы за такое только спасибо скажут. Скорее всего, это какие-то внутримафиозные разборки… а нас просто угораздило оказаться именно здесь и именно сейчас.
За что тетушка Фортуна так нас не любит? т_т
Я посмотрела на Мелло – такой злости на его лице я не видела с того раза, как на его глазах стала выбалтывать Сигумо его секреты. Какое счастье, мелькнула в уме абсурдная мысль, что сейчас причина такого выражения, такого взгляда – не я… Вообще же, мне казалось, что я с минуты на минуту рухну в обморок. Такое обилие неприятных событий плохо влияет на малолетних идиоток вроде меня, а уж с учетом того, что я сидела с продырявленным и наспех заштопанным пулевым ранением… Оно, кстати, не замедлило о себе напомнить – холодок в области поясницы быстро привлек мое внимание, я чуть опустила взгляд… все верно. Из раны снова, как ни в чем ни бывало, сочилась кровь.
Я тихонько взвыла от боли – казалось, словно изнутри раны что-то зашевелилось, и каждое его шевеление вызывало уколы боли. Мелло шикнул на меня – но оказалось поздно. Один из захватчиков приблизился к нам, держа на мушке Мелло, который так и замер между нами… как бы бредово это не звучало, на пару секунд я поняла, что такое - быть за кем-то как за каменной стеной.
Однако китаец явно не разделял моего настроя.
Что-то сказав Мелло тоном, не терпящим возражений, он указал на меня. Блондин напрягся, но молчал. Я затаила дыхание, зажав ладонью кровоточащий бок.
Мелло сказал что-то по-английски, недобро щуря голубые глаза. Судя по выражению лица китайца, ответ ему не понравился. Гаркнув что-то в ответ, он резко схватил меня за руку и безо всяких пояснений (которых я бы все равно не поняла) поволок за собой. Я только и успела пискнуть что-то невразумительное, беспомощно посмотрев на Мелло – но тот был бессилен помочь. Так выглядит волк, посаженный на цепь…
Далее способность связно соображать оставила меня, кажется, окончательно. Боль и безоглядный страх полностью парализовали меня. А агрессор в это время дотащил меня до кабины пилота, где, наконец, разжал хватку и выпустил мою руку. Я машинально потерла больное запястье и как-то не сразу сообразила, что ноги плохо меня держат; дошло это до меня уже тогда, когда я плюхнулась на какую-то приступку около стены, и глазами несчастной овечки уставилась на дюжину неулыбчивых китайских физиономий. Тот, что притащил меня сюда, сказал что-то остальным и гаденько хихикнул. Если меня не подвел слух, в его речи явно проскользнуло имя Мелло.
В это время один из этих людей приблизился ко мне. По сравнению с прочими он был невысок, щупл и, что в данных обстоятельствах показалось мне странным, он был без оружия. Может, главарь?
Окинув меня быстрым взглядом, он ухмыльнулся и заговорил, к моему удивлению, на чистом, почти без акцента, русском:
- И что же такой ангелочек делает в обществе этого пройдохи Мелло, мм?
Он с издевательским снисхождением похлопал меня по щеке, и я ощутила дикое желание тотчас же умыть лицо с мылом. «А мне сам черт не брат» - чуть не сказала я, но вовремя прикусила язык; отчасти этому поспособствовал новый укол боли в боку. Очевидно, из-за того, что я разнервничалась, рана и напомнила о себе.
Мое затянувшееся молчание было воспринято как признак непонимания, или абсолютнейшего испуга, наверное. Китаец хихикнул себе под нос и продолжил:
- Посидишь тут у нас, пока не долетим. Тогда твои дружки точно будут сидеть тихо…
Не думаю, что он имел в виду только Мелло и Мэтта – они не фоне прочих пассажиров особо буйными не казались. Да и нафиг надо, подумалось мне. Будет тут сидеть малолетняя девица с неуравновешенной психикой и темным прошлым… наверное, я бы ответила что-нибудь, а может, даже дала бы болтуну в нос – но у меня не было никакого шанса после того удрать от возмездия в лице его товарищей. Если бы не рана, у меня был бы шанс поменять расстановку сил в пределах самолета, но сейчас я бессильна. Вряд ли смогу даже удержать револьвер, не говоря уже о том, чтобы достать его из сумки.
Варианты ответов: