«– Элеонора, они не такие, как мы. Мы вампиры, они оборотни. Мы всегда были врагами, если верить преданиям. Лучше к ним не приближаться, они слишком опасны для людей. Если ты рядом с Детьми Луны, в любой момент ожидай измену, предательство. Они не такие, как мы – они другие».
Слова летели, прокручивались в моей голове, сопровождаемые мрачным голосом Эдварда. Я не верила его разговорам. Лэндон не соответствует его характеристики оборотней. Он не такой. Он приятный, дружелюбный, хороший и, хоть я никогда и не трогала его кожу (не в коже дело), теплый. Ноги сами меня принесли на последний этаж, к последней двери.
– Лэндон? – позвала я. Мой голос звучал испуганно, взволнованно и настороженно. Его это, явно, сильно удивило. Я чувствовала, как он напрягся, а потом услышала, как металлические цепи скребут по полу. Он прислонился к двери.
– Да? – его голос в ответ прозвучал так же, как и мой.
Я повременила с речью. Я не знала, как задать ему этот главный вопрос, как сказать ему, что я знаю. «Представляешь, Лэндон, я знаю, что ты неуправляемое и кровожадное существо. Правда, я верю в то, что ты исключение из правил, что ты не такой». Это звучало глупо. Или... «Скажи мне, это правда? Ты... Дитя Луны?». Это его расстроит. Тем более, я знала, каким голосом я это только и смогу сказать. Он заслуживал больше уважения – я буду осторожна со словами.
– Я знаю, что ты не совсем такой, как мне думалось. В смысле... ты и остальные из твоей... стаи. Вы другие. – На долю секунды я забыла, как дышать. Это прозвучало не так, как я хотела. Даже глупо как-то, нежели вызывающе. Я не была достаточно осторожной. К горлу подскочил комок.
– Это этот вампир тебе рассказал? – его голос прозвучал грубо.
– Может нужно быть хотя бы чуточку уважительнее? – надулась я, презрительно глядя на запертую дверь. Правду говорил Эдвард насчет ненависти между вампирами и оборотнями.
– Может, задашь тот же вопрос себе? – выпалил он. Я прикусила губу. Черт возьми, он прав. Конечно, прав. Я виновато устремила взгляд в пол.
– Извини, я... Я была грубой, – пробормотала я, каясь в содеянном. – Так что с... превращением в волка?
– Правда, а – он произнес это насмешливо, ухмыляясь наверняка.
И все же, как бы моя голова не была загружена, я знала – Лэндон не может быть таким, каким его описал Эдвард. Он другой, совершенно другой.
Варианты ответов: