.........

Дунул жаркий ветер. Ветер пустыни. Секундное облегчение и он снова здесь. Где пыль, где боль, где кровь... где война. Он устало выдохнул и закрыл глаза: «Это трудно... невыносимо... жестоко. Но... надо. По-другому никак. По-другому просто невозможно».
- С вами все хорошо подполковник?- к нему подошла девушка с короткой светлой стрижкой.
- Да, Лиза, - устало произнес он.
Конечно, он соврал. Как ТУТ может все хорошо? Здесь война, черт подери! Он убивает людей, только потому, что ему приказали! Он армейский пес! В отчаянии захотелось рвать на голове волосы, хотелось орать от безысходности. Лиза села рядом.
- Все скоро закончиться, подполковник, - тихо сказала она.
Он промолчал. Ему хочется надеяться на то, что все так и будет. Но это реальность. Очень жестокая реальность. К ним подошел статный мужчина и широко улыбнулся:
- Что ты тут грустишь, Рой? Жизнь не конфетка, конечно, но радуйся тому, что есть! – мужчина улыбнулся и похлопал его по плечу. – Ты жив. Радуйся этому.
Он кивнул. Несомненно, Марк прав. Он должен радоваться тому, что его сердце бьется до сих пор, и он дышит... пылью жаркого востока. Он стер с руки кровь и посмотрел на Марка.
- Как ваш прошел день? – и с неким намеком на удовлетворение увидел, как улыбка сползает с лица Каменного алхимика.
Тот плюхнулся рядом с ними и глубоко вздохнул.
- Это трудно... Война... это трудно. Легче повеситься, - сказал он тихо.
Он кивнул. Совершенно верно. Легче повеситься. Но у него есть мечта, а у Марка дочь. У них есть ради чего жить. И они будут...жить...
***
Еще один такой день и он не выдержит. Покончит с собой. Это нестерпимое чувство вины гложет его изнутри и не дает спокойствия даже ночью. Дольше двух месяцев он не проживет здесь. «Везет Армстонгу, - с завистью подумал он, – Его отстранили. Он не убивает десятки людей за день» Ему хочется рвать и метать. К сожалению, он солдат, а солдаты не дают волю эмоциям.
- Черт подери, - прошипел он сквозь зубы.
К нему подошел какой-то совершенно незнакомый ему солдат и четко отрапортовал:
- Мне приказано было вам сообщить, что Каменный алхимик, Марк Форрент, погиб.
Он вскочил. «Этого не может быть... Просто не может...» - подумал он.
- Где его тело? Как он умер?
- Он умер при неожиданном нападении на его отряд. Никто не выжил. Его тело...
- Не хоронить его! – заорал он. Солдат опешил. – Не смейте!
- Так точно! – сказал солдат и выбежал передавать его приказ другим.
В его ушах все еще звенел голос солдата: «Неожиданное нападение... никто не выжил... – и тут ясная мысль. – А как же Сара? Она потеряла отца – единственного родственника в этом мире». Он стремительно пошел маленькое полуразрушенное здание. С грохотом открыл дверь, которая и без того почти не держалась.
- Вы не отправляли похоронную телеграмму Саре Форрент? – грубо спросил он, тех кто сидел внутри.
Это были старшие по званию солдаты, не алхимики, которые здесь всем заправляли. Ему часто хотелось их прибить, растерзать, что даже кусочка от них не осталось. Сжечь их, чтобы костей не осталось. Но сейчас он думал немного о другом.
- А кто это такая? – спросил один из них.
- Весьма знакомая фамилия, вам так не кажется, Сайк?- спросил второй у другого. Тот утвердительно кивнул.
Он оцепенел. «Они даже не знают своих ПОДЧИНЕННЫХ!!!» - тут ему захотелось рвать и сжигать, но он сдержался (неизвестно каким чудом).
- Неважно, - сказал он, разворачиваясь к выходу - не посылайте ей похоронную телеграмму. Ни в коем случае.
И вышел из полуразрушенного здания.
***
Она нарисовала круг. Потом нарисовала в нем квадрат и еще много непонятных деталей. Все сделано четко без единой помарочки. Осталось последнее... Кусок гранита. «Где я его оставила? – спросила она сама себя. – Ах да в комнате. На столе лежит!» И она побежала по лестнице на второй этаж. Дверь была у нее простенькая, деревянная. И комната за дверь тоже была простенька. Кровать, шкаф, окошко со шторками. На полу кофер с замысловатым рисунком. Стол, заваленный книгами по алхимии.
- И попробуй в этом беспорядке найти маленький кусок гранита! – ворчливо сказала она и пошла искать камушек на столе.
Через полчаса она все-таки нашла его. Немного запыхавшись долгими поисками, она побежала вниз по лестнице к алхимическому кругу, который она нарисовала. Она кинула кусок гранита на середину и протянула руки над кругом. Появились молнии и поднялся маленький ветер. Через пару секунд все улеглось, а вместо простенького кусочка красовалась миниатюрная статуя Афродиты. Она взяла статую и скептично осмотрела свой «шедевр».
- Неплохо, - сказала она сама себе. – С носом могла и лучше поработать. Лентяйка!
Решив, что на сегодня она выполнила то, что хотела, она пошла на кухню сделать себе кофе. Дело это было минутным, поэтому она уже скоро почувствовала этот сладостный аромат кофе. И тут раздался звонок в дверь.
«Кто бы это мог быть?» - подумала она идя к двери.
Открыв дверь, она страшно удивилась. Чашка кофе чуть не выпала из ее рук.
- Рой! – Улыбнулась она и пропустила гостя внутрь.
Тот почему-то был озабоченный чем-то и весь на нервах.
- А папа где? – спросила она и хлопнула себя рукой по лбу. – Точно! Наверное, разбирается с документами.
- Сара, это сколько тебе сейчас? – неожиданно спросил Рой.
Она опешила от этого вопроса. Рой всегда был добр с ней и все время шутил. Но сейчас его лицо чересчур серьезно.
- Семь с половиной, - произнесла она, отпивая кофе из кружки.
- Три года... Мы воевали три года, - сказал он почему-то рассерженно.
- Какое ценное наблюдение, - улыбнулась она.
Рой повернулся к ней. Она заметила в его глазах боль и скорбь.
- Сара, твой отец... – начал он и выдохнул, - мертв.
Кружка разбилась, и кофе разлилось по каменному полу. Она упала на колени.
- Скажи, что ты соврал, Рой, - сказала она дрожащим голосом.
Он подошел и обнял ее, присев.
- Нет, Сара. Я говорю чистую правду.
Внутри нее что-то оборвалось. Что-то, что больше никогда не вернеться. Она затряслась в рыданиях. Он успокоительно гладил ее по спине, а потом встал и направился к выходу.
- Завтра похороны, Сара, - сказал он и ушел, захлопнув за собой дверь.
В холле стало темнее. Будто окна завесили черной плотной тканью. Словно весь свет в мире потух... для нее... Она, редко всхлипывая, встала с пола и пошла к себе в комнату. Громко хлопнув дверью, она упала на кровать и начала рыдать в подушку. Но папа больше не придет и не успокоит ее...

Варианты ответов: