Легкие, ненавязчивые мотивы знакомой многим людям мелодии, прекрасные своей легкостью и прелестью звуки исходили из большой и просторной гостиной семьи Паркер. Белый рояль стоял на небольшом подъеме, а за ним сидела Лизи со своими пшеничными волосами, слабый свет переливался в них, который исходил от окна. В белом платье в маленький красный цветочек она выдерживала прямую осанку, а худенькие руки бегали по клавишам, и получался чудесный звук, который многие, наверняка слышали. Знакомая, но жутко привлекательная мелодия, романтичная так и манила, призывала к спокойствию, рассудительности, но в то же время бескрайней романтике...
Нотка за нотой, пальчик за пальцем и постепенно музыка начала стихать.
Но на смену этой мелодии, пришла другая, не менее привлекательная и красивая.
В такие вот моменты игры, у Элизабет было совершенно спокойное и умиротворенное лицо, никаких эмоций, лишь полное сосредоточение на игре. Звуки мелодии были слышны во всем доме и даже за его пределами.
Светловолосая женщина сидела на белом диванчике, наблюдая за игрой дочери и любуясь ею.
Слабый свет падал на рояль и на Лизи, а в сочетании со спокойной мелодией это смотрелось довольно романтично. Постепенно музыка начала подходить к своему логическому завершению, а вскоре и вовсе стихла.
Женщина, наблюдавшая за игрой, улыбнулась и похлопала в ладоши.
- Ты красиво играешь, Лизи.
- Спасибо, мам, но не лучше тебя однозначно.
- Я бы не была так уверена.
Девушка встала со скамейки и присела рядом с матерью.
- Нет, мама, ты играешь лучше всех на свете. – Улыбнувшись, Лизи обняла мать и сложила голову ей на грудь.
Дебра Паркер – светловолосая и привлекательная женщина, а по совместительству мать Элизабет мягко улыбнулась и погладила дочь по голове.
- Я не пойду в папин университет. – Тихо прошептала Лизи.
- Я знаю, солнце. Это было бы на тебя не похоже.
Элизабет улыбнулась и крепче обняла мать.
- Спасибо...
- За что? – Недоумевающее спросила Дебра.
- За то, что понимаешь и не осуждаешь.
- Глупости... – Улыбнулась женщина и крепче обняла дочь.
Элизабет вздохнула и поднялась.
- Я пойду на побережье. Делать нечего...
- Конечно. Освежись.
- Угу... – Лизи удалилась в комнату, а потом с большой, но полупустой пляжной сумкой вышла на улицу.
- Я люблю тебя мама. – Крикнула она, перед тем как уйти.
- Я тебя тоже – ей вслед ответила женщина.
Элизабет вышла на хорошо освещенную солнцем лужайку и свободной походкой пошла вперед. После игры на инструменте на душе было крайне спокойно и тепло, хотелось двигаться. Двигаться плавно, делать пируэты, быть похожим на лебедя с его изящной длинной шейкой. Танцевать балет! Вот такое необъяснимое желание... потрясающее своей новизной и неожиданностью.
Всю дорогу Элизабет думала о движениях, а лебедином танце. И она даже не заметила, как пришла на свое излюбленное место. Место, где нет посторонних глаз, место совершенно спокойное и очень вдохновляющее своей красотой.
Золотистый песок, огромные камни и даже кое-где скалы – пейзаж этой местности. А дальше, переступая грани горизонта, раскинулось море... Солнце приятно переливалось в его водах, а в сочетании с такой идиллией окружающей Элизабет все это вдохновляло и смотрелось очень даже красиво.
Варианты ответов: