После этих слов Дамблдор долго гладил свою серебряную бороду. Затем достал из мантии коробочку с засахаренными лимонными дольками и сунул одну в рот. Потом машинально протянул коробочку Гермионе. Это был настолько привычный жест, что она улыбнулась.
- Вы всегда любили лимонные дольки, — сказала она, вырывая директора из задумчивости.
- Да, это так… — сказал он, рассеянно улыбаясь. — Я вот все думаю, что мне стоит знать, а чего не стоит…
Дамблдор снова стал поглаживать бороду, затем спросил:
- Может, у тебя самой есть какой-нибудь вопрос?
- Наверное, я хотела бы знать, где я? Вернее, когда. Хотя последнее звучит как-то грамматически неверно, — вздохнула Гермиона.
- Хороший вопрос, — улыбнулся он. — Но что если вместо ответа, я задам свой?.. А именно, кто ты?
- Меня зовут Гермиона Грейнджер, — честно ответила девушка.
- Это имя мне ничего не говорит, — покачал Дамблдор головою.
- Вообще-то я маглорожденная. И раз вы меня не знаете, то я тут не учусь, — пояснила ему Гермиона, улыбаясь. — Думаю, что это удача.
Она отчетливо вспомнила, что произошло совсем недавно на берегу озера. Вряд ли она переживет вторую такую же встречу.
- Что ж, — прервал директор ее невеселые воспоминания. — Раз я ничего не выиграл от своего вопроса, отвечу на твой. Сейчас весна 1980 года.
Гермиона воззрилась на него почти в шоке.
- Я… — хрипло сказала она. — Я только недавно родилась.
Дамблдор вскинул брови. На миг его лицо помрачнело. Но затем он вновь улыбнулся и сказал успокаивающе:
- Не думаю, что это страшно. Вы с малышкой живете слишком в разных мирах. Нет никакой вероятности вашей встречи еще лет одиннадцать. У меня появилось предположение, что когда твоя маленькая версия получит письмо из Хогвартса, то ты взрослая исчезнешь.
- Так долго? — вырвалось в ужасе у Гермионы. — У меня нет там, в будущем, такого возраста даже. Куда, в таком случае, я попаду?
- Чтобы ответить на этот вопрос, я все-таки должен знать, куда ты хотела попасть, и что там случилось, — сказал ей директор.
- Изначально планировалось, что я перемещусь в начало девяносто пятого года. Но я оказалась там весною… — начала она говорить.
- Ничего себе! — вырвался удивленный возглас Дамблдора.
Было такое впечатление, что до него только сейчас дошло, как далеко в прошлое она провалилась. А ей-то показалось, что он спокойно воспринял тот факт, что она тут новорожденная.
- Я же вам уже говорила, что я только что родилась в этом времени, — сказала она .
- , — {censored}н. — Но видимо я воспринял это как-то отстраненно. Прости, что перебил. Итак, ты появилась весной 95 года. Что было дальше?
- Дальше произошло то, чего я и добивалась, — вздохнула Гермиона, заранее зная, что произведет фурор своими словами. — Я встретила сама себя.
Директор воззрился на нее как на сбежавшего из дурдома психа. И слова, что сорвались с его губ, подтверждали это. Он заговорил сердито и осуждающе:
- Ты сошла с ума. Это же очень опасно! Твой глупый поступок наверняка вызвал там необратимые процессы. Ты же не сможешь вернуться туда, откуда начала путешествие.
По мере слов он все более распалялся. От лукавого взгляда не осталось и следа, глаза метали гневные молнии. Он просто заикался от возмущения:
- Ты,… ты исковеркала жизнь не только себе, но и тем людям, которые тебя окружали. Что,… что могло сподвигнуть тебя на такое чудовищное деяние, девочка?!
- Возможно, конец света? — выдохнула Гермиона, не вынеся напрасных обвинений.
Дамблдор задохнулся словами и уставился на нее. Видимо, он подумал, что она дерзит. Но это была отнюдь не дерзость. Это была констатация факта. Возможно, что-то отразилось в ее взгляде, потому что Дамблдор тяжело вздохнул и сказал категорично:
- И не рассказывай! Я не желаю этого знать.
- А я и не собиралась говорить вам это сейчас. Даже тогда, в девяносто пятом, я не скажу вам все до конца, — сказала Гермиона запальчиво. — Конечно, если я вернусь в этот чертов девяносто пятый. Мне надо именно туда. В крайнем случае, годом раньше или годом позже. Но не более…
Пока она говорила, до нее постепенно доходило, куда она попала на самом деле. Это был не просто год ее собственного рождения, но и год появления на свет Гарри Поттера, «Мальчика, который выжил».
- Что же касается этого отрезка истории, то я не собираюсь вообще вмешиваться. Как бы мне не хотелось предотвратить некоторые события, я не буду, — озвучила она вслух часть своих мыслей. — Так что я обещаю вести себя скромно. Я вовсе не заинтересована что-либо менять.
- Спасибо хотя бы на этом, — усмехнулся Дамблдор.
Она не отреагировала на эту усмешку, продолжив:
- Меня, в самом деле, волнует, куда я вернусь. Потому что если я попаду туда, откуда убежала… — ее передернуло. — Нет, лучше сразу с Астрономической башни…
Она поймала на себе ошалевший взгляд директора и осеклась. Он был по-настоящему в шоке от ее слов.
- Похоже, ты не шутила, когда говорила о конце света, — сказал он.
- Нет, — подтвердила она, — не шутила.
- Я думаю, что этого не произойдет, — сказал Дамблдор. — Вряд ли ты вернешься к началу путешествия, раз уже встретилась с собою в девяносто пятом. Но чтобы прояснить ситуацию, скажи, как ты сюда попала?
- Это просто и сложно, — вздохнула Гермиона с ноткой облегчения. — Видите ли, когда мы дотронулись друг до друга, то вокруг началось что-то невероятное. Я не помню всего, но, по крайней мере, я видела жуткие молнии. Вот одна из них и попала в маховик времени. Правда, тогда я даже не помнила, что он у меня есть.
Дамблдор снова стал теребить свою бороду, потом сказал задумчиво:
- Что ж. Процентов на девяносто пять ты попадешь именно в тот день. Но вот когда и при каких обстоятельствах, я затрудняюсь ответить. Как и насчет твоего возраста. Одно знаю точно, что другой маховик времени тебе не поможет. Я не знаю способа запустить его в направлении будущего. А как по-другому тебя туда отправить, я пока что не знаю.
Гермиона тяжело вздохнула. Он опустил свою руку ей на голову и погладил по волосам.
- Не расстраивайся, — сказал директор. — Думаю, я найду решение гораздо быстрее, чем черед одиннадцать лет.
В этот момент в палату вернулась мадам Помфри.
- Альбус, имейте совесть, — сказала она. — Девочка должна отдыхать.
- Хорошо, Поппи, обо всем остальном мы договорим завтра, — легко согласился директор и покинул больничное крыло.
Варианты ответов: