....

Столько эмоций, но я не хотела ему все рассказывать. Из моих глаз просто потекла слеза. Я думала он не заметит, но даже такую мелочь он воспринял в серьез..
- тебя кто-то обидел? Ты в порядке?? – сел он на кровати. Я лишь отрицательно помахала головой и аккуратно обняла друга.
- я боялась – начала всхлипывать я – я боялась за тебя.. что смогу тебя больше не увидеть – он улыбнулся, но я это почувствовала. На моем лице невольно стала рисоваться улыбка. Как можно не улыбаться, когда рядом с тобой сидит самый дорогой тебе человек? Он своей больной рукой как бы пощекотал меня, и я засмеялась. Заставить человека улыбаться, ценой быть прибитым этим же человеком, может только Итачи. Он скривился от боли. Я вздрогнула. Он видимо ощутил это и сказал
- со мной все хорошо! – я обняла его еще крепче. Хотелось никогда не отпускать его, но не срастаться же моим рукам на спине Итачи! Мы прилегли, потому что для него это была слишком большая нагрузка. Я так и уснула, а он просто лежал рядом. Мне приснился страшный сон. Черная Пустота, я и Итачи. Постепенно он от меня отдалялся а потом я видела сама собственную смерть. Когда я проснулась, он мирно лежал возле меня. Птицы , черт их побери, своим щебетанием разбудили его. Я быстро вскочила, хотя вероятность того, что я сделаю именно так, была 1/10000. он посмотрел на меня вопросительным взглядом, а я стояла и не могла пошевельнуться. Он с горем пополам встал и подошел ко мне. Я все так же стояла в столбняке. Он меня позвал , а язык как буд то отказывается говорить. Я ничего не могу ему ответить! Стою, как статуя. И вот любуйся на меня уважаемый Итачи – сан. Вместо памятника Мадары, буду я стоять! Хотя нет, в музее я буду лучше смотреться. Пара секунд, и я уже руками описываю то, что не могу сказать. Из меня такой же мим, как моя мама не интересуется моей личной жизнью. Но на удивление Итачи меня понял. Я схватилась за ручку, и начала что то писать у себя на руках, так как по близости я не находила бумаги. Там такие сочинения были, сам Пушкин позавидовал бы. Я ему рассказывала про сон, про вчерашний день.. сомневаюсь, что из этого он вывел, что то полезное, но… Мы простояли так, пока Итачи вновь не пронзила резкая боль в плече( там была сквозная рана..) . Он начал падать на пол. Ноги его уже не держали. Я попыталась его поймать. Но виг вам!( национальная индейская изба) . Итачи все таки не легкий! А еще если он в обморок сейчас завалиться , я вообще никак до кровати его не дотащу. Только если вызывать службу спасения! Но он парень крепкий! Не хотя показывать мне его слабость и не хотя взваливать на меня его тяжкий вес, он сам встал и пару шагов дотопал до места падания в обморок. Но все таки он выдержал и спокойно повалился на точку приземления. Я подбежала к нему. Глаза открыты ну и ладно! Я собиралась громко закричать, но мой язык противный и вредный! Можно Только громко писать…. Я спустилась вниз , и повела Микото – чан к комнате Итачи. Мы дошли до его двери, но чтобы избежать еще одного человека в обмороке, я потащила ее обратно и взяла его отца и Шисуи. Они решили не оставлять его дома, а отправить в госпиталь. Услышав это, Итачи очнулся. Как его не уговаривали полежать на обследовании Цунаде, он все равно отказывался . И только когда я сказала ему, что по любому залягу с ним в госпиталь ( в одну палату) , он перестал упираться. Итачи практически несли туда, а я решила своими ножками пройтись. Дошли мы до госпиталя. Итачи немедленно положили под капельницу, а меня рядом с ним. Когда я письменно спрашивала у Цунаде что со мной, она отвечала, что такое может случаться в напряженных ситуациях и скоро это пройдет. Я ей смутно, но поверила. Хоть она не хотела меня ложить под присмотр врачей, я решила составить компанию Итачи. А переть против меня, равносильно спрыгиванию со скалы, причем по собственному желанию.
Прошло пару дней. Итачи стало лучше, и он хотя бы передвигался нормально, а вот мой голос пропал и не возвращался… С Итачи было весело. Когда ему стало уже совсем хорошо, мы от скуки начали кидаться подушками, короче говоря, вспомнили детство. Я ему и косички плела, и хвостики делала как у маленьких девочек. Издевалась над ним по полной! Но ведь любя =) а он между прочим и не возражал! Еще пару дней пролетели. Ко мне потихоньку начал возвращаться голос. Итачи становилось все лучше и лучше! Но в один прекрасный день, Итачи не был веселым, не хотел играть. Ему было хуже. Это очень хорошо видно по нему : уже вконец истощенный, синяки чернеют под глазами, аж светится в темноте, не ест, ночами не спит, и .. как бы избегает меня. Все время отворачивается, и говорит, что устал или уходит прогуляться на весь день. Но что я ему сделала, что он на меня обиделся и избегает? Неужели, это все из-за того, что я его случайно поцарапала?? Неет, он тогда ржал как ненормальный. Но что я ему еще могла сделать.
__________________________________________________________________
8 день нашего заточения в госпитале. Вечер.
Итачи опять гулял, а я лежала и думала. Хотелось спать, но я не могла уснуть. Меня терроризировал этот грубый взгляд друга … он на меня посмотрел, как Наполеон на Кутузова. Тогда сразу сделалось как то жутко.. и даже немного обидно. Но в комнату ворвался бешенный Итачи. Он со всей дури бухнулся на колени и начал что-то говорить с очень виноватым выражением лица.

Варианты ответов: