Хоук отстранилась. Она медленно поднялась на ноги, не чувствуя больше прежнего озноба. Пусть и внешне магесса была спокойна, но её голубые глаза нервно бегали по окружающей среде; Хоук думала, сравнивала, пыталась решить надуманную проблему и сомневалась...
Фенрис задумался. Чувства к магессе, пустившие необычайно глубоко в его сердце свои крепкие корни, разветвилась на тысячи маленьких и больших отростков, и теперь окутывали его с ног до головы.
Когда эльф прочел в глазах Хоук сомнения, то все перемешалось внутри него: гремучее вещество оттенков любви жгло, кололо и сжимало все в единую консистенцию, маленький пузырек, тонкое стекло которого вот-вот разъест чистый лириум.
Фенрис тоже начал сомневаться. Он и не рассчитывал провести рядом с Хоук слишком много времени. Он желал лишь обрести один единственный миг любви, который бы остудил его страсть и потушил огонь его чувств. Эльф знал и признавал, что так или иначе ему придется расстаться с Хоук. Навсегда.
От этих мыслей Фенрису стало лишь хуже. Он снова мысленно проклинал магию, отравившую его жизнь с самого рождения, которая как страшное облако проклятий и неудач преследует его уже сколько лет... Он понимал, что быть с ним даже опасно, поэтому и не рассчитывал на взаимность Хоук. Но всегда есть одно «но».
Варианты ответов: