Он не помнил, сколько раз за ночь сегодня просыпался. Или это была вовсе не одна ночь? Он не знал где он, он понятия не имел где находиться, но ужасное головокружение, неуловимо сменяющие друг друга то жар, то холод ясно давали понять, что он болен и находится в бреду. И то он смог это осознать только на вечер, когда проснулся в кровати в небольшой, сделанной из камня, комнате, единственным источником света которой была, на вид уже старая и использованная не один раз, настольная свеча.
Перед глазами все ещё расплывалось, от чего к его горлу подходила тошнота, и он снова закрыл их. Желудок сводило от голода, горло пересохло, но он не хотел вставать, все ещё чувствуя слабость в теле.
Он смутно стал вспоминать нависшую над лесом ночь и топот преследующих шагов. Чувство натертых ног возродило в нем недавние ощущения, когда не хватает больше сил бежать, а в той ситуации у него не было других вариантов; когда легкие разрываются на части, а горло, кажется, протыкают лезвием ножа. Боже, и как он ещё остался жив?
-Джи будет в не себя от злости. – Слабо улыбнувшись, произнес он, но из-за пересохшего голоса получился какой-то, через слово прерывающийся, хрип. Он закашлялся. Не мешало бы попить!
Он осмотрел комнату и увидел возле своей кровати кувшин с водой и пустой стакан. Что ж, либо он все же спасся, либо заключившие его в плен преследователи оказались ещё теми комильфо, что уложили его в постель и принесли свежей воды.
Он протянул было руку к кувшину, но та расплылась у него перед глазами и зашаталась в разные стороны, от чего он даже не мог дотронуться до емкости с водой.
Он положил руку вдоль своего тела и, досадно выдохнув, закрыл глаза. Однако внезапно его внимание привлекла своя же рука, которой он только что безуспешно пытался добыть себе воды. Он чувствовал, что другая его ладонь была ещё холодная и влажная, не успевшая нагреться после болезни, но другая, левая – теплая и на ней все ещё чувствовался отпечаток чьей-то ладони. Воспоминание поразило его, как гром небо: одной ночью или днем, когда болезнь снова вывела его из сна, он слышал сквозь густую пелену свой голос, зовущий и молящий о ком-то. Тогда маленькая теплая ладонь взяла его за руку и он, оставшимися силами вцепившись в, казалось, единственное его спасение, снова провалился в глубокий сон.
Здесь кто-то был. Но он не мог вспомнить кто. Однако его мучительные попытки раскопать в глубине своей памяти образ его спасителя, прервал скрип открывающейся двери.
Он повернул голову и увидел в проходе невысокую полную даму в монашеском белом костюме. Из под шапочки виднелись каштановые курчавые волосы. Большие карие глаза женщины радостно смотрели на него, и она воскликнула:
-Какое счастье, что вы проснулись! – Мягко произнесла она.
-Сколько я провел в бреду? – Спросил он, но пересохший рот ему помешал.
Дама улыбнулась и прошла в комнату к тумбочке. Налив воды в кружку, она помогла ему принять полу-сидячее положение и протянула стакан. Он принял его с кивком благодарности.
-Спасибо вам. – Свойственным ему голосом, отблагодарил он женщину, когда иссушил стакан до дна. – Не могли бы вы сказать мне, сколько я здесь, а главное – где я?
-Вы в церкви при монастыре святой Девы Марии. Мы нашли вас недалеко в лесной чаще, израненного и уставшего, три дня назад.
Он удивился. Неужели он здесь так долго?
-Я, наверное, доставил вам много хлопот? Это ведь вы сидели все это время со мной? – Он примерил крупную ладонь дамы и точно знал, что тем, кто все время держал его за руку, точно было не она. Однако ему не хотел как-то обидеть женщину, как-никак – их церковь спасла ему жизнь и скрыла от преследователей. Хотя он до сих пор задавался вопросом – как ему удалось от погони.
-Да нет,- ответила она, - за вами следить поручили Зое, но она сейчас отдыхает. Она действительно о вас очень заботилась.
Она.[/B]
-Жаль, я хотел бы её отблагодарить за такой труд и заботу. – Произнес он, глядя на свою левую ладонь, которая все ещё хранила след его спасительницы.
-Успеете! – Улыбнувшись, заверила она его. – Завтра утром она снова придет вас проверить. Тогда и отблагодарите.
-Очень на это надеюсь. – Произнес он, посмотрев на даму и улыбнувшись. – Ох! – Вдруг опомнился он. – Как не вежливо с моей стороны: вы спасли мне жизнь, а я даже не представился. Мое имя Джотто. Простите, не могу вам откланяться.
- Зовите меня сестра Луиза. – Взявшись за длинную юбку, сестра сделала неуклюжий реверанс. – И ничего страшного, мистер Джотто. Я понимаю, вам нужен отдых, да и если вы подымитесь с постели, Зое меня, прости Господи, покарает! – Хихикнула она.
Джотто тоже устало улыбнулся.
-Благодарю за понимание.
-Вам нужен отдых, мистер Джотто! – Мягко произнесла сестра Луиза. – Завтра с утра к вам придет Зое, так что все вопросы и просьбы прошу адресовывайте ей.
-Моей благодарности нет предела. – Честно произнес Джотто.
-Оставьте её для Зое. – Улыбнувшись, произнесла полная дама. – Спокойной ночи. – Пожелала она и скрылась за дверью.
Джотто резко охватила усталость, и он повернулся на бок. Поднеся ладонь к лицу, он снова попытался восстановить образ загадочной Зое, которая все это время боролась за его выздоровление. Он закрыл глаза и через некоторое время погрузился в крепкий здоровый сон, и всю ночь он видел в них невысокую девушку у стены спелых яблонь. И волосы её, как на утро он отметил, были цвета сочной карамели.
Варианты ответов: